— Как же я буду смотреть раненого, лежащего на верхних нарах? Как к нему подойдут сёстры, санитары, ведь многие из них будут требовать постоянного ухода? Нет, это не пойдёт. Придумывайте что-нибудь другое, — категорично заявила она.

Искать выход из положения принялись все. Подсказал его старшина Бодров:

— Вагонки! — сказал он. — Давайте сделаем нары так, как они делаются в вагонах.

Его предложение одобрили. В этот же день установили первую вагонку. Делал её лучший плотник Колесов. Это был уже немолодой человек, в медсанбате он служил с самого начала и, так как знал плотничье и столярное мастерство в совершенстве, Прохоров и Перов отстаивали его с пеной у рта при всяких попытках перевести в строевую часть. Он часто выручал батальон не только своим умением и знанием дела, но также и способностью руководить работой других. Рядом с Колесовым даже совсем неопытный в этом деле человек очень быстро становился неплохим подручным.

Так вот, Василий Иванович (так все звали Колесова) быстро соорудил нары такого типа:

Стойки доходили до потолка и закреплялись там и на полу. На рамы ставились носилки с лежащими на них ранеными. Подойти к такому раненому было легко, он был виден со всех сторон. Основное неудобство заключалось в трудности установки носилок с раненым, особенно на верхнем ярусе, и в том, что расходовалось много строительного материала на длинные стойки, ведь потолок находился высоко.

Алёшкин задумался и над другим: «Не вечно же мы будем стоять в этих бараках, а когда снова перейдём в палатки, эти нары бросим. А может быть, в палатках тоже можно устроить двухъярусную систему?» Своими мыслями он поделился с Колесовым, и они решили разработать переносную вагонку — разборную. Между прочим, впоследствии Борис видел похожие вагонки в других госпиталях и медсанбатах, но в то время им пришлось разрабатывать их самим. Вероятно, это было похоже на изобретение велосипеда, но тем не менее их вагонки были собственным произведением 24-го медсанбата. Вот как выглядел их окончательный вариант.

Преимущество таких вагонок было очевидно:

1. Они могли стоять где угодно: на полу, на земле и даже на снегу.

2. Они легко разбирались и собирались.

3. При перевозке занимали не много места.

4. Были сделаны без единого гвоздя.

5. Увеличивали ёмкость помещения в два раза против обычного. Если в палатке ДПМ обычно размещалось 20–23 человека, то с вагонками укладывалось около 50.

Подобрав себе человек пять подручных и раскопав в снегу на краю поляны целый штабель досок, Василий Иванович Колесов в наскоро поставленной палатке ППМ развернул настоящую столярную мастерскую. Уже через неделю помещения госпитального взвода и команды выздоравливающих были полностью оборудованы вагонками. Работу в мастерской решили не прекращать, чтобы сделать необходимый запас вагонок и для сортировки, и для эвакопалатки. Так был найден выход. Ёмкость медсанбата при тех же помещениях и площади удалось увеличить более чем вдвое и довести до 300 мест. Когда через две недели в батальон заехал армейский хирург, он был очень удивлён новым изобретением и весьма одобрил его введение.