Это была честь, за которую ему нужно было побороться с другими. Он не мог рассчитывать на нее просто потому, что был внучатым племянником Старого Филина и сыном Наконечника. Но он даже и представить себе не мог, что может не заслужить этого права, как и то, что он никогда не будет сам заседать в военном совете или возглавлять воинов в набегах.

Внутри типи Старый Филин возносил напевную молитву о душах тех, кто погиб на днях при атаке белых. Это была их первая стоянка с момента нападения. По ночам они спали всего по несколько часов, чтобы успеть уехать подальше от белых. Убитые ехали с ними, привязанные к волокушам или взваленные на коней. К тому времени, когда наконец пришло время их хоронить, тела совсем промерзли. Тех, кто лежал поперек лошадиных спин, так и пришлось хоронить в таком положении. Во всех расщелинах вокруг лагеря покоились убитые, а на краю лежали подношения еды и оружия. Была уже глубокая ночь, и звезды блестели льдинками, рассыпанными по черному небу. Но до Медвежонка по-прежнему доносились скорбные причитания женщин и сочувственный собачий лай.

Медвежонок мечтал отомстить. Отомстить тем, кто убил его соплеменников. Он вслушивался, чтобы понять, собираются ли воины устроить ответный набег. Если соберутся, то он планировал тайком уйти вместе с ними. Так поступали многие мальчишки, хотя раньше ему и не приходилось слышать, чтобы в набегах участвовали девятилетние. Еды этой зимой было мало, и он беспокоился, что придется взять кое-что из семейных запасов. Но, возможно, следует положиться на свое умение отыскать дичь.

От раздумий его оторвал стук и» в«»н колокол ми ков и ракушек на леггинах и рубашках воинов, поднимавшихся со своих мест, чтобы выйти из типи совета. Медвежонок забился подальше в тень и с головой укрылся шкурой. Молодые воины вышли во главе с племянником Старого Филина Наконечником, повязка на руке которого скрывала дыру, оставленную пулей Ноя Смитвика.

Едва их очертания скрылись в темноте. Медвежонок проскользнул в типи и присел на корточки у выхода с самым невинным видом. Он был не настолько глуп, чтобы расспрашивать отца. Наконечник твердо верил в то, что воспитание детей — дело дедов, дядьев и двоюродных дедов, смотря по обстоятельствам. Медвежонок знал, что его отец ложился спать, полагая, что приемный сын спит под грудой одеял. Если Наконечник и знал, что Медвежонок частенько выкатывался из-под края типи, чтобы отправиться ночью гулять с друзьями, то ни разу даже не обмолвился об этом.

Когда Медвежонку нужна была информация, он шел к деду. Старый Филин позволял ему все, что он пожелает. В том числе и подслушивать разговоры. Сейчас Старый Филин беседовал со своим другом, вождем Санта-Аной, и некоторыми старыми воинами.