Мальчик задумался на ходу:

— Я — белый. Я недостаточно хорош, потому что я — белый.

— Да, ты — белый. Но ты — один из нас. Ты это знаешь. Посмотри на меня, Медвежонок! Ты это знаешь?

— Да, знаю.

— Но — да, ты не можешь пойти, потому что ты — белый.

— Не понимаю. Если я — один из Народа, почему я не могу пойти?

— Подумай!

«Подумай, мое прекрасное дитя с волосами, подобными солнцу, и глазами, подобными небу. Я не могу всегда давать тебе готовые ответы. Когда-нибудь тебе придется полагаться только на себя».

Старый Филин терпеливо ждал, пока Медвежонок размышлял.

— Белые постараются отбить меня.

— Да. Ты этого хочешь? Ты поэтому собирался в набег?

— Нет! Ты же знаешь, что не поэтому! Я хочу ухаживать за конями, хочу помогать. И хочу стать воином! И совершать подвиги! Пожалуйста, отпусти меня, дедушка! Я еще могу их нагнать. Ты хорошо научил меня находить следы.

— Но и первый мой ответ — тоже правда. Ты слишком мал. Твой отец будет отвлекаться, заботясь о тебе. Ты можешь привести к ненужной гибели воина. А если белые увидят тебя, они попытаются тебя отобрать. Ты станешь для них особенной целью.

— Наконечник не станет из-за меня беспокоиться. Ему нет до меня дела.

— Это ты так думаешь. Слышал бы, как он хвастается тобой перед другими воинами!

— В самом деле?

— В самом деле. Он постоянно так делает. Некоторые даже уже начинают его поддразнивать. Это он попросил меня удержать тебя здесь, хотя я и сам бы так поступил.

— А он-то откуда узнал, что я попытаюсь уйти с ним?

— Он сам так поступил, хотя и был тогда старше, чем ты сейчас. А до него так поступил я. Думаю, и ты так сделаешь. Но не сейчас. Не в этот набег. Не против техасцев. Теперь ты пообещаешь, что останешься? Я хочу вздремнуть. — Старый Филин зевнул во весь рот.

— Да, дедушка, я останусь. На этот раз.