Рэчел скончалась в доме своих родителей в возрасте восемнадцати лет ровно год спустя.

Глава 28

Глава 28

Время шло, и команчи все чаще нападали на поселения. Пока президент Сэм Хьюстон засылал послов, чтобы подкупить индейцев дарами и сладкими речами, техасцев пытали и скальпировали, калечили и убивали. Некоторые, вернувшись с пахоты или с охоты, находили на том месте, где стояли их дома, лишь пепелище и изувеченные тела родных или пустые жилища и следы крови.

Некоторые, как Джон Вулф, сходили с ума. Джон нашел свою жену голой, убитой и едва ли не порезанной на ленты. Обе дочки-подростка были еще живы, но долго не протянули. Их раздели, многократно изнасиловали и прибили гвоздями к стене. Им отрезали груди, а потом сняли скальпы. Они умерли, пока отец снимал их со стены.

Джон Вулф стал охотником на команчей. Его прозвали Одиноким Волком, и он долгие годы блуждал по всему погра-ничью, призраком появляясь в лагерях рейнджеров и так же стремительно исчезая. Его присутствие тревожило. Речи его были безумны, и за ним тянулась вереница черных скальпов. Но каждый делился с ним едой и в глубине души желал ему удачи.

Грязный седой старик с пустым взглядом и всклокоченной козлиной бородой, он потряхивал скальпами, словно мальчишка рыбой, пойманной на удочку. Среди скальпов были женские, детские… Джону было все равно. Лишь бы они были сняты с команчей.

Да и многим в Техасе было все равно. Им нужна была свобода, чтобы навсегда избавиться от команчей. Поэтому они и выбрали Мирабо Бонапарта Ламара — человека, пообещавшего им эту свободу.

«Проведем границу Республики мечом!» — провозгласил он.

Он был поэтом и совсем не походил на воина. Впрочем, от него и не требовалось выделяться мужеством — только выделять деньги. Он был готов загнать страну в долги, лишь бы избавить Техас от индейской угрозы.

«Честь превыше любых расходов!» — заявил он, и законодатели Техаса ассигновали миллион долларов в обмен на кровь команчей.

Две тысячи человек добровольно вступили в новую армию, сформированную для борьбы с индейцами.

— Чего он от нас хочет, сержант?

Ной Смитвик вовсе не собирался ослушаться приказа. Он лишь хотел убедиться, что понял его правильно.

— Полковник приказал спешиться и приготовиться к атаке.

— Спешиться?

— Спешиться, Смитвик. Слезть с коня. — Сержант проехал вдоль строя, передавая приказ шести десяткам добровольцев.

Уздечки, седла, шпоры, оружие — повсюду раздавались звон и лязг, возвещавшие о войне. В животе у Ноя урчало от голода. Еды почти не осталось, и пайки были сокращены. Солдаты поделили между собой мясо последнего мула, околевшего от холода на привале.