Кристиан Шарпе оказал охотникам на бизонов огромную услугу, создав тяжелую винтовку с восьмигранным стволом, выдерживающим большое давление. Прицел этой винтовки был рассчитан для стрельбы на тысячу ярдов. Винтовка могла свалить взрослого бизона с шестисот ярдов, а меткий стрелок за день мог подстрелить две с половиной сотни животных.

Благодаря недавно подведенной железной дороге Додж-Сити стал оживленным торговым центром, к которому со всех сторон стекались фургоны. Запах огромных гор шкур и людей, их охранявших, можно было учуять издалека. К тому же и сами охотники обычно не отличались чистоплотностью. На дверях борделей Додж-Сити то и дело можно было увидеть таблички: «Охотникам на бизонов вход запрещен».

Чуть более чем через год, в конце октября тысяча восемьсот семьдесят первого года, Куана с отрядом молодых воинов ехал южнее Канейдиен в сторону каньона Бланко на краю Столбовой равнины. Они направлялись к лагерю снабжения Плохой Руки, или Трехпалого Кинзи, как называли полковника Рэнал-да Маккензи.

Куана со своим отрядом досаждал солдатам Плохой Руки уже несколько недель. Стремительный клин квахади налетал с высоких гребней холма, а затем рассеивался, прежде чем желтоногие успевали развернуться для бессмысленной массированной атаки. Теперь Куана решил отыскать лагерь снабжения, о котором докладывали разведчики, и избавить Плохую Руку от необходимости обеспечивать фуражом своих коней и мулов.

Конь Куаны всхрапнул и отскочил на несколько шагов в сторону. Куана погладил его по шее, чтобы успокоить. Конь был вороной и начищенный так, что блестел, как будто был сделан из вулканического стекла. Он был потомком Мрака, и старый Хорек очень ревновал к нему. Все кони были встревожены, и воины понимали причину. Высоко над гребнем, к которому они подъезжали, тучами кружили стервятники. Когда всадники поднялись на вершину, их окатила волна смрада. Долина перед ними была усеяна разлагающимися трупами бизонов. Но было в них что-то странное. Шкуры с бизонов были сняты, но мясо осталось гнить.

— Кто станет портить столько мяса? — В свои пятьдесят пять Жесточайший был намного старше остальных воинов в отряде.

— Белые, — ответил Куана, закрывая рот и нос косынкой, чтобы хоть немного защититься от вони.

— Объедем?

— Нет. У нас мало времени. Я хочу найти лагерь Плохой Руки до заката. Мы нападем при свете полной луны.

К началу атаки Маккензи как раз закончил ужин со своими офицерами, и они сидели, расслабившись, с сигарами и трубками в зубах. Когда до них донесся стук копыт, они тут же вскочили на ноги.