Были те, кто считал, что бизоны вернутся, что они лишь ушли в другие места, как это бывало в прошлые годы. Но Куана понимал, что это не так, и ему пришлось примириться с тем фактом, что они и в самом деле исчезли. Но если могли исчезнуть бизоны, то было возможно все — любой ужас, любая трагедия. Голод — вот что заставляло племена одно за другим сдаваться и искать убежища в резервациях. Он оказался куда эффективнее, чем Плохая Рука, жестокая летняя засуха, саранча и зимние морозы.
— Я скорее останусь в прерии и буду жрать навоз, — сказал как-то Имя Солнца.
Что ж, белые позаботились о том, чтобы в прерии не осталось и навоза. Имя Солнца был последним, но и он в конце концов увел своих людей на восток. Куана смотрел, как он уезжает, свесив голову на грудь.
Теперь Куана знал, что на Столбовой равнине они остались одни — он и его небольшое племя из четырех сотен мужчин, женщин и детей. Они были последними команчами, жившими на свободе, какой бы горькой она ни была. Несколько дней назад из резервации прискакал гонец. Он принес требование Плохой Руки: «Сдавайся, или смотри, как умирают твои женщины и дети». И Куана понимал, что Кинзи не шутит.
Гонец сообщил Куане, что коль скоро тот не подписывал никаких мирных договоров с белыми, то он и не нарушал обещаний. Он защищал свою родину. Плохая Рука уважал Куану как смелого противника и обещал, что не допустит, чтобы его наказали как преступника.
Даже приняв решение, Куана не спешил покидать уступ. Он открыл ветру и холоду все свои чувства — пробовал его на вкус, нюхал, слушал. Он в последний раз окинул взором снежное великолепие каньона Пало-Дуро. Потом он встал и размял затекшие мышцы. Глядя на отсветы костров в сгущающихся сумерках, он начал медленно спускаться по извилистой тропинке на дно каньона.
Месяц спустя во главе оборванного и голодного племени он покинул Столбовую равнину. Голова его была высоко поднята, винтовка покоилась на коленях. Его любимая жена Ви-кеа везла щит и копье. Видимо, разведчики заметили их приближение, потому что Плохая Рука лично выехал им навстречу. Куана остановился, поравнявшись с полковником. Посмотрев ему прямо в глаза, он протянул свою винтовку и сказал лишь одно слово:
От автора
От автора
Голодающее племя Куаны Паркера последним вошло в резервацию форта Силл на Территории Оклахома. С их приходом общее количество сдавшихся дошло до тысячи пятисот девяноста семи человек. Лишь один из каждых двенадцати команчей пережил прошедшие четверть века войн и болезней.
Капитуляция команчей и уход на индейскую территорию открыли их земли для техасцев. За следующие восемь лет фронтир продвинулся дальше, чем за предыдущие сорок, когда команчи отчаянно этому сопротивлялись. Вскоре равнины заполонили фермеры и скотоводы. Пастбища быстро истощились. Многие мили территории, некогда покрытой морем трав, превратились в голые участки, заросшие мескитовыми кустами. Плуги выворачивали плодородную почву, подставляя ее постоянным ветрам, год за годом разносившим ее. Реки, отводимые для орошения полей, превратились в мутные ручейки.