Зверь может надеть красивую одежду, налепить себе бороду и усы, вставить цветные линзы, но этим ему не обмануть меня. Мы оба это знаем. Он хищник, а я добыча. Я чувствую его кожей, ощущаю всем нутром. Его волнующий взгляд имеет немыслимую силу надо мной. Он смотрит пронзительно, глубоко, словно видит меня насквозь, но при этом в нем есть что-то такое, отчего щемит в груди.
– Здравствуйте, Алана.
Это его голос низкий, напоминающий шум прибоя.
Мне кажется, что музыка стихает, как в дешевой комедии, и внимание всех обращается на нас. Меня накрывает паника, а в голове бьется единственная мысль: «Бежать! Бежать! Спасти себя!»
– Алана, мистер Доу пришел только ради встречи с тобой! – радостно щебечет Кристи, поигрывая бровями.
– Зовите меня Джон, прекрасная Алана. Вы можете подарить мне автограф? – как ни в чем не бывало спрашивает он, протягивая мне книгу Кристи и Софи «В плену страсти».
Я беру ее в руки и поднимаю на зверя глаза в немом вопросе: «Зачем ты здесь?»
Его губы трогает чуть заметная улыбка. В памяти сразу воскресают те сладкие ощущения, как он удовлетворял меня этими самыми губами. Как бы банально это не звучало, но в животе у меня сейчас самое настоящее нашествие бабочек, и я ничего не могу с собой поделать. Мое тело трепещет рядом с ним.
Кристи громко прочищает горло, намекая, что мой ответ сильно затянулся. Я сбрасываю с себя наваждение и наклоняюсь к столу, чтобы подписать книгу. Моя рука резко дергается, когда эта штука между ног вновь начинает вибрировать. Я резко выпрямляюсь, захлопываю книгу и сую ему в руки.
– Вот, всего хорошего! – грубо говорю я, собираясь слинять отсюда как можно дальше и как можно быстрее.
Он знает, что я выполнила его требование, больше я на это не пойду! Нужно срочно избавиться от вибрирующей штуковины в моих трусиках.
Глава 21 Шепот охоты
Глава 21
Шепот охоты
Зверь
Зверь ЗверьДля этого вечера Алана выбрала простое облегающее платье, но для меня оно как красная тряпка для быка. Вернее, для моего члена.
Стимулятор для клитора – лишь средство для ее раскрепощения и моей маленькой мести. Мне важно было знать, что она послушается и засунет его в свою киску. Как только она включила вибромассажер, мне пришло оповещение на телефон.
Еще вчера Алана ни за что не сделала бы этого, а сегодня она шагнула вперед. Могу себе представить, что для нее значит выйти за собственноручно воздвигнутые рамки. Я выбью из нее всю религиозную чушь, по кусочкам сниму скорлупу страхов и предубеждений. Я выпущу ее на волю, и тогда ничто не сможет нас разделить.
– Алана, мистер Доу пришел только ради встречи с тобой! – радостно говорит ее подружка после того, как выслушала мои хвалебные оды творчеству Аланы.
Держу пари, она уже нафантазировала себе наше с Аланой ванильное будущее. Она не догадывается, что ангелочек уже попала в довольно мрачную сказку, ведь встретила на своем пути меня.
Я поворачиваюсь и сталкиваюсь с большими испуганными глазами. В них одновременно пробегает сотня различных эмоций: ее мозг отказывается верить сердцу.
За годы работы в братстве я немного подучился у Дерека гримироваться. Да, спектакль, цирк, но я кайфую от осознания, что Алана узнает меня. Мы связаны, скованы и этого не изменить.
– Зовите меня Джон, прекрасная Алана. Вы можете подарить мне автограф?
Перед тем, как выбрать книгу для посещения автограф-сессии, я думал взять ту, где нарисован, но что-то остановило меня. Это слишком просто. Я проберусь в голову Аланы без прямых подсказок.
Алана завороженно смотрит на меня, грудь часто вздымается, и я не знаю, что она сделает в следующую секунду – возможно, вцепится в меня, как дикая кошка. Я, будто настоящий вампир, слышу как по ее венам бежит кровь.
Адреналин расширяет ее зрачки до максимального уровня – это моментальная реакция тела на опасность. Готов поспорить, что каждый волосок на ее теле встал дыбом. Она знает, что рядом охотник, и ее это возбуждает. Ее страх и желание обнажают меня, превращая в тупого самца, который только и думает о том, чтобы поставить ее на колени и трахать, трахать, трахать, пока она не будет умолять о пощаде, а потом я буду ее жалеть, жалеть, жалеть…
Танец наших взглядов становится очень горячим.
Я хочу вытащить из-за пояса пистолет и пристрелить здесь каждого, чтобы они закрыли свои гребаные глаза и не мешали нам.
Алана наклоняется к столу, повернувшись ко мне аппетитной попкой.
Я выбираю в приложении самый интенсивный режим и нажимаю пуск. Рука Аланы дергается, тело напрягается, будто она готовится к прыжку, а потом резко выпрямляется и чуть ли не швыряет в меня книгу.
– Вот, всего хорошего!
Ее подружка сочувственно смотрит на меня и смущенно улыбается.
– Эм, хотите кофе?
Я отрицательно качаю головой. Мне не нужен кофе, мне нужен мой ангелочек.
На моих губах появляется хищная улыбка.
Сначала я смешиваюсь с толпой, а потом прямым ходом иду в сторону женского туалета. Готов поспорить на сто зеленых, что Алана намерена избавиться от моего подарка.
Я выхожу в коридор, сначала не вижу Алану, пока не открывается дверь туалета. Быстро же она сняла игрушку.
Мы смотрим друг на друга и будто телепатически говорим.
Алана дергает ручку за спиной, но не заходит. Она понимает, что эта дверь меня не остановит, поэтому сворачивает в другую сторону. Это ванильное местечко, где мы сейчас находимся, таит в себе лабиринты. Я успел изучить его схему.
Я иду за ней. Звук моих шагов разбивается о стены и эхом отдается в ушах.
Алана убегает, я ускоряюсь. Она петляет меж серых стен и исчезает из виду, но я слышу ее учащенное дыхание и чувствую запах ее страха – он оставляет невидимый флер.
Чем дальше мы от зала, тем темнее становится вокруг. Алана не знает, что стремится к тупику. Ее шаги стихают. Нас снова окутывает тьма. Моя тьма.
– Попалась, птичка? Лететь больше некуда. За тобой дверь в подсобное помещение. Там нет выхода.
– Катись в преисподнюю! – ее крик звучит тихо, глухо…
– Повторяешься, милая, – усмехаюсь я.
– Ненавижу тебя! Ненавижу! – задыхаясь от страха, шепчет она.
Я делаю рывок в ее сторону, она вытягивает руки, чтобы удержать меня.
– Это тебе не поможет, – угрожающе рычу я.
Расстояние между нами стремительно уменьшается, Алана вжимается в дверь и делает попытку ударить меня своими маленькими кулачками.
– Молодец. Все правильно. Зли меня. Сильнее! – приказываю я, позволяя ей лупить меня по груди.
Она всхлипывает и начинает стучать по мне, а потом хнычет и убирает ладони.
– Больно? Я знаю, – мягко отвечаю я.
– Не смей прикасаться ко мне! Уходи!
– Не уйду. Сначала твоя киска ласково замурчит для меня. Скажи, Алана, твоя девочка уже начала плакать?
– Не трогай меня! В здании полно людей! Я буду кричать!
– Обязательно будешь. От удовольствия.
Алана толкает дверь, и та поддается. Она не успевает закрыться там, ведь я успеваю сделать шаг вперед. Теперь мы в замкнутом пространстве без окон.
Я надвигаюсь на нее, прижимая к стене, и расставляю руки по обе стороны. Алана задерживает дыхание, а потом просовывает руки под мой сюртук и обхватывает меня за талию.
Ее тонкие пальцы проникают мне за пояс и резко вытягивают пистолет. Я не двигаюсь. Я жду. Я дурею от ее запаха.
Алана упирает дуло пушки мне в грудь и дрожащим голосом произносит:
– Если ты тронешь меня – я выстрелю в тебя!
Мой слух улавливает легкие колебания и долю превосходства в ее интонации.
– Тебе приятно держать ствол в руках?
Алана затаивает дыхание, будто прислушивается к своим ощущениям, но ничего не отвечает.
– Теперь у тебя только две дороги: сдаться или убить меня. Только… – я кладу руки на пистолет и снимаю с предохранителя. – Вот, теперь давай. Сделай это.
Я не хочу умирать, но и не боюсь. Мои дни проходят под дулом пистолета. Каждый раз, выходя на задание, я готовлюсь распрощаться с жизнью. В первые пару лет было страшно, сейчас нет. Ни капли.
Алана медлит. Я слышу, как тихо постукивают ее зубы, а сердце бьется в груди. Надо помочь. Я беру ее дрожащие запястья и поднимаю выше, чтобы дуло коснулось моих губ.