— Господин майор! Чего угодно?— на немецком фотограф говорил довольно чисто.

— Я бы хотел сделать фото,— так же на немецком ответил я,— Вы ведь господин Агдашев Павел Сергеевич?

— Да, господин майор, это я.

— Вам привет от бабки Аграфены, она прихворала, но велела кланяться,— уже по-русски назвал я пароль.

— Вы ошиблись, я никого не знаю с таким именем,— так же по-русски произнёс он отзыв, после чего быстро подошёл к двери, выглянул из неё на улицу, повесил табличку "Закрыто" и, действительно закрыв дверь на защёлку, вернулся в мастерскую,— Уф и напугали вы меня. Анна Фёдоровна передала, что у неё гости от Панкрата, но мы не ожидали, что вы появитесь вот так.

— Нагло?— хмыкнул я, краем глаза заметив, что Рита заняла такую позицию, чтобы контролировать и входную дверь, и само помещение и закрытый занавеской проход в соседнюю комнату.

— Скорее неожиданно,— фотограф преобразился, во взгляде пропала угодливость,— Так зачем вы искали встречи?

— Мне нужны документы на нас двоих и связь с партизанами. Срочно. Вопрос жизни и смерти сотен детей.

— Вы сказали детей?

— Именно так я и сказал.

— А поподробнее?

— Что вам известно о немецком госпитале в Красном Берегу?

— Не много. Им особо не интересовались. Знаем, что там сборный пункт, на который свозят детей от 8 до 14 лет со всей округи для отправки в Германию. Вы об этом говорите?

— Не совсем,— похоже подполье и партизаны упустили некоторые важные детали,— Это не совсем тот сборный пункт, как вы думаете. В госпиталь свозят детей, чтобы изъять у них кровь для переливания раненым немецким солдатам. Чтобы вам было более ясно добавлю; ВСЮ кровь! Остальных детей отправляют в другие госпиталя, в том числе в Германию, с той же целью.

Фотограф стал лицом словно лист белой бумаги. Похоже проникся.

— Документы вам будут. Сейчас сделаем фото и через день их принесут домой к Анне Фёдоровне. С партизанами сложнее. Придётся обождать как минимум дня три-четыре. Сами понимаете, до них ещё добраться надо а им, соответственно, сюда. Да и не могу гарантировать, что они согласятся на встречу с вами.

— У вас есть контакты в Красном Берегу?— я едва не сплюнул на пол от досады. Время уходило как песок сквозь пальцы,— Дадите мне их и встречу назначим там. Я отправлюсь туда сразу, как будут готовы документы. В отряд передайте, чтобы были готовы в любой момент выступить. Помните, что каждый день проволочки это десяток жизней детей,— пошёл я на шантаж,— Кроме того, по итогам операции в Центр будет доложено о действиях, либо бездействии каждого. На этом всё!

— Я вас понял,— фотограф кивнул,— я передам ваши слова руководству, а теперь пройдёмте, сделаем фото на документы.