Мы прошли в другую комнату, но не в ту, где на треноге стоял большой фотоаппарат. а в следующую. Здесь была что-то вроде фотолаборатории. На столе лежало несколько фотографий, на которые я не обратил внимания. Зато обратила Рита.

— А для чего цифры стоят на некоторых?— она взяла в руки одну из них и протянула мне. На фото были два немецких офицера, позирующих на фоне виселицы с повешенными. Над их головами стояли цифры 1 и 2. На другом фото был запечатлён немецкий офицер, направивший ствол пистолета в затылок женщины с ребёнком на руках, стоящей на краю огромной ямы, заполненной трупами. Здесь над головой офицера была цифра 1, а над стоящими чуть в отдалении полицаями 2, 3 и 4. Я перевернул фото другой стороной. Там под номерами были вписаны фамилии и звания.

— Это фотосвидетельства зверств фашистов,— фотограф скрипнул зубами,— Господа офицеры любят позировать при казнях, а потом приносят плёнки мне для проявки и печати фото. Видимо домой их потом отправляют, чтобы родные гордились ими. Здесь копии их фотографий с их именами. Чтобы потом найти каждого и покарать.

— Сохрани!— я протянул ему фотографии,— Как зеницу ока храни! И документируй всё, что можешь. Тщательно, до мелочей. Это очень важно! Пожалуй важнее этого ничего нет!

https://www.youtube.com/watch?v=iFz_G5nki7o&t=512s

Документы на имя майора Макса Штирлица принесли через два дня вечером. Я даже особо и не думал, когда называл имя, на которое нужно их сделать. И без всяких приставок "фон". Это признак аристократии, а эта братия знает друг друга на десяток поколений в прошлое. Так что тут киношники слегка перемудрили. Рита стала Маргаритой Шварц из фольксдойч. При чём среди моих документов было и командировочное предписание для контроля прохождения грузов на станции Жлобин. Не могу сказать, насколько эти документы пройдут проверку, но хочется верить, что откровенную туфту мне не подсунули. Так же посыльный, парнишка лет 15-ти, представился Григорием и сказал, что проводит нас до Красного Берега.

С Сёмкой мы расстались накануне. Он до самого последнего момента то и дело заводил разговор о том, какой он замечательный стрелок и вообще отличный партизан и было бы не плохо ему остаться с нами. При этом делал жалостливые-жалостливые глаза. Пришлось слегка прикрикнуть на него и напомнить, что он является бойцом подразделения, которым командует дядька Панкрат и обязан подчиняться своему командиру и находиться там, куда его посылает командование. В противном случае его действия могут быть рассмотрены как саботаж и дезертирство и наказание за это будет по законам военного времени. Кажется парнишка проникся. Он тепло попрощался с нам и, запрыгнув на телегу, отправился в обратный путь. Надеюсь доберётся до дома без происшествий.