Правильно.

Слишком многих он злит.

- Вы… не поможете? – Верховный оглянулся, убеждаясь, что рядом никого. Верный Мекатл остался на пирамиде. Он, как и некогда Верховный, предпочитал сам убираться. Рабы… рабы не рисковали тревожить чужой покой.

- Несомненно, - Владыка Копий подал руку. – Как ваше здоровье?

- Пока еще есть.

- Хорошо. Вы должны назвать преемника.

Укол страха.

Неужели и он…

- Иначе все повторится, - терпеливо произнес Владыка Копий. – Не сейчас, но через пару месяцев или позже. А если вдруг вас не станет…

Он слегка замялся.

- Понимаю, - Верховный чуть склонил голову. – Что ж, вы правы. Мне давно следовало это сделать. Завтра я назову его имя пред всеми.

- Это тот молодой человек…

- Чья жизнь принадлежит ей.

Девочка сидела на высоком кресле. Поставленное на помосте, над столом оно возвышалось, подобно трону. И золотые ткани, укрывавшие его, лишь усиливали сходство.

Верховный отметил роскошное одеяние.

И плащ из белоснежной шерсти, расшитый золотыми шишками и початками кукурузы. Ожерелье из желтых самоцветов, каждый размером с вишню. Венец на волосах, убранных под узорчатое покрывало. И золотую маску.

Верховный вздрогнул и сам себя успокоил.

Все верно.

Если краску использовать нельзя, остается лишь это. Как еще защитить её от недостойных взглядов?

За спиной тенью стояла Ксочитл.