– Ну, красавчик, я готова. Спускайся к водопаду. Читать-то умеешь? Иди по указателям.

На Костю уже никто не обращал внимания. Поняв, что он совершенно лишнее звено в грядущих событиях, агроном отошел к стоявшим неподалеку лавкам и сел, решив стать наблюдателем, а не участником истории. Женское предательство, свершившееся на его глазах, хоть не было таковым, но совершенно переменило картину мира Кости. Его тайные мечты оказались грубо разрушены поступком Медеи, он думал утопиться.

Мемфис, уже не придерживая Медею, посмотрел в направлении спрятавшихся мужчин и указал на них рукой Машо. Отдав команду убрать с виллы посторонних, бык направился в противоположную сторону – к карте со стрелками. Здесь на нескольких языках было написано «Экотропа к водопаду», а также нарисованы тропы и достопримечательности, ожидающие туристов, в том числе мегалитические столпы неясных веков, обозначенные как «Дворец Пасифаи и катакомбы Эгрисса».

У Медеи, удобно расположившейся на его плече, улучшилось настроение. Она хлопала Мемфиса по плечам и по груди:

– Вперед, баран, скорей!

Мемфис, не понимая, к чему такая спешка, удивляясь, как быстро бог, оказавшись на Земле, может превратиться в пустозвонца, однако бесприкословно подчинился воле Медеи. Ибо сбылось первое слово Гильгамеша – о безумии пустозвонцев.

Вооруженные Машо цепью шли к кустам. Богли, Чума и Гога бросились врассыпную. Из них троих на местности ориентировался только Василашвили, но он исчез первым, бросив товарищей на произвол судьбы. Гога бежал вниз, зная, что у подножия горы есть тропа, соединяющая горные селения. Сперва он решил добраться до нее, а там – посмотреть, куда направиться дальше. Выше находился колхоз Ильича с козьей фермой, ниже – поселки, а за ними катакомбы. Так называли город мертвых – заброшенный раскоп греческого города Эгрисса, по легенде считавшегося столицей царя Эта и местонахождением золотого руна.

Местные поговаривали, что дочь царя Медея до сих времен жива и прекрасна. Только она владеет тайной руна, которое дарит бессмертие и красоту.

Ее признал долгожитель здешних мест пастух Аргол. В юности он увидел девушку, чья красота ранила его сердце. Аргол полюбил ее. Из-за Медеи он отказался от высшего образования, ибо десять лет она не отпускала его из своих объятий, и юноша навсегда остался пастухом. Медея, наигравшись, бросила его. Ненависть и любовь сжигали пастуха. Он искал ее вместе с колхозными ота-рами по горам, добирался до самых высоких пастбищ с сочной травой, отчего овцы давали превосходную шерсть. Из-за шерсти и неверной Медеи он получил звание ударника коммунистического труда.