Мужчины промолчали. Чума разделил список контактов Карениных на две части: одну отдал виноделу. Хакер ни за что не раскрыл бы тайну Бурликина, если бы не чача, растопившая его сердце.
– Разве такое возможно? Как ты узнал?
– Узнал, я же хакер… Скажи спасибо профессору Бурликину, ее покойному мужу – не первому и не последнему. Романтик! Он использовал кровь Медеи в не совсем чистых, но научных целях.
– Наверное, мне пригодятся все номера.
– Наверное, – засмеялся Чума.
– Тогда за Бурликина, разлившего хорошее вино в несколько бутылок! – поднял тост агроном.
– За вино! – поддержал тост Чума.
Мертвое тело Мемфиса, сброшенное Медеей в расщелину, нашло упокоение. Оставленное без управления «Кольцо» вошло в режим цепной реакции.
Сычев принял доклады командующих Тихого, Атлантического и Индийского флотов СССР, взглянул на наручные часы.
Кондратьев судорожно пытался спасти свое детище, но не находил никакого решения. Вход в программу эксперимента «Кольцо» был заблокирован Пророком.
– Совсем не знаю, что нам предпринять, – резюмировал Петр Петрович.
– Положитесь на меня, – ответил Сычев.
Это была минута торжества Вооруженных сил СССР. Перед Сычевым на мониторах управления флотами в МОЦе выстроились командующие, ожидающие приказа.
Кондратьев сел и зажмурился.
– Не дрейфь! – ободрил его Андрей Андреевич и продолжил: – По моей команде. Приказываю открыть огонь из ракетных вооружений по захваченному врагом объекту великой Советской Империи – «Кольцу»! С места. По центру. Огонь!