Блин, даже и не знаю, что сказать…

— У неё, в общем, с родственником проблемы. Короче… Не заморачивайся, всё хорошо будет. Ладно, Юль, я тебе позвоню, когда мы соберёмся ехать, гуд?

Мы прощаемся, и я иду домой. План простой — прогулка с собакой, ужин, диван, сон. Но если даже такой простой план я не в силах осуществить, что будет с гораздо более сложными? Звонок телефона заставляет меня отклониться от выполнения вечерней программы. И всего-то нужно не поднимать трубку, и я её даже не поднимаю. Но это делает мама.

— Егор, это тебя, — говорит она. — Девушка какая-то.

— Алло.

И что же это ещё за девушка, интересно даже.

— Егор Андреевич, добрый вечер. Это вас секретарь начальника областного УВД беспокоит.

Во как.

— А, Лариса Дружкина, — вспоминаю я её имя. — Привет.

— Егор Андреевич, — не реагирует она на моё приветствие. — Будьте добры завтра в девять утра явиться к Глебу Антоновичу. Он приглашает вас для беседы.

Для беседы… Хм… И о чём это он беседовать со мной желает?

— Ларис, ты почему допоздна на работе торчишь? Тебе, хотя бы, сверхурочные выплачивают?

— Вы всё поняли, Егор Андреевич?

— Поняли, конечно, но я тебе так скажу, приду только для того, чтобы тебя увидеть. В девять?

— Да, в девять. Не опаздывайте. До свидания.

— Свидания? — спрашиваю я, но она вместо ответа отключается.

Не забыть ей что-нибудь приятное принести завтра. Ладно… Что ему нужно опять? Надо Баранову позвонить. Звоню.

— Алло, — недовольно и даже неприязненно отвечает он.

— Вилен Терентьевич, здорово. Я тебя от дижестива что ли оторвал?

— От чего?