— Ты как там, готов? Не слишком мы на тебя насели? Если что-то не получается, ты скажи, мы переиграем, без проблем.

— Что вы, Даниил Григорьевич. Жду вас с нетерпением и распростёртыми объятиями. Всё готово. У меня всё схвачено, не беспокойтесь. Конфиденциально, чётко, слаженно. Посмотрите на что я гожусь в деле.

— Да, я уж тебя и так раскусил, — посмеивается он. — Молодой ты, да ранний. Вот в такие руки не страшно страну передавать. Если мы настолько самостоятельную и правильную молодёжь воспитали, значит наш путь самый верный, я так думаю.

Ну, за всемирную революцию и торжество коммунизма, товарищи!

— Не перехвалите, — улыбаюсь я. — А то вдруг ни кабана, ни медведя не встретим.

— Не встретим и не надо, значит. Я в тебе не сомневаюсь, Егор, и Жору тоже настраиваю.

— А он, значит, сомневается?

— Ну, он же тебя не знает, да и возраст смущает немного. Но, как говорится, молодым везде у нас дорога. Если что пойдёт не так, всё на месте решить можно. С его-то возможностями. Ты же понял, кто он такой?

Кем бы он ни был, хоть своим отцом, в глухой тайге на имени далеко не уедешь.

— Понял, Даниил Григорьевич.

— Ну и молодец. И что виду не подал тоже молодец. Он всё это чинопочитание и подхалимаж жуть как не любит. Поэтому и маячить лишний раз не хочет.

— Всё хорошо будет, не сомневайтесь.

Мы прощаемся.

— Кто это тебе всё по межгороду названивает? — интересуется мама.

— Да, приедут из Москвы товарищи, нужно будет им организовать тут всё… — неопределённо отвечаю я и тут же набираю номер Платоныча.

Сообщив Большаку о приезде гостей, быстро ужинаю и иду гулять с Раджом. А после ноги сами несут, ясно куда. К Рыбкиным.

Дядя Гена в столь поздний час, что называется, ни в одном глазу, выглядит отдохнувшим и даже свежим.

— А, Егорка, проходи, я как раз кино смотрю про ментов.

— В деревню не поехали что ли? — спрашиваю я.

— Поехали, но только на выходные. Отгулы не дали. Сначала пообещали, а потом — хрен. Вот такое начальство понимаешь ли.