— Мы сейчас в тринадцатой районной поликлинике (прочитал название на табличке на входной двери). Иосифу Виссарионовичу делают операцию. Постараюсь связаться с бригадой и вызвать их сюда. И нужно всеми силами не допустить паники.

— Так! — Берия сделал паузу. Было слышно, как он судорожно вздохнул, словно с его шеи сняли душившую его удавку. — Я сейчас срочно свяжусь с Бурденко и отправлю его к вам. Также отправлю для охраны комендантский батальон и БТР. А ты связывайся с бригадой. В сложившейся ситуации они тебя быстрее послушают. Передай полковнику Кирсанову, чтобы вскрыл конверт с красной диагональной полосой. Он поймет.

— Лаврентий Павлович! С комендантскими пришлите Сазонова. По незнакомым мы сразу откроем огонь.

— Ясно, понял! Жди! — Берия отключился.

Следующим через коммутатор вызвал штаб бригады в Подольске и попросил к аппарату командира бригады.

— Олег Геннадьевич, это Шершнев. Слушай боевой приказ. Вскрыть пакет с красной диагональной полосой. Поднять личный состав бригады по боевой тревоге. Выдвинуться со всей своей техникой в Москву в распоряжение наркома внутренних дел Берии. Один батальон со средствами усиления отправить к поликлинике номер тринадцать по адресу… — Тут я замолчал. А черт его знает, какой здесь адрес. — Короче, она находится неподалеку от здания Генерального штаба на Арбате во дворах, так что найдете. Боекомплект берите столько, сколько упрете, и еще столько же сверху. Как поняли, товарищ полковник?

— Все понял, товарищ командующий! — четко ответил Кирсанов.

Фишка вся в том, что бригада не подчинялась, как говорится, ни богу, ни черту, а лишь исключительно товарищу Сталину. И полковнику Кирсанову были глубоко по барабану любые приказы, если они не исходили от его прямого начальника, то есть от Верховного Главнокомандующего. А учитывая, что это я стоял у истоков создания бригады специального назначения и мне доверял сам Сталин, плюс ко всему я был его заместителем, то в критической ситуации он мог выполнить и мой приказ.

— Пакет вскрою немедленно, поднимаю по боевой тревоге бригаду и в полной боеготовности выдвигаюсь в Москву. А что вообще происходит, Михаил Андреевич?

— На товарища Сталина было совершено покушение. Он тяжело ранен и находится вместе со мной и Буденным в тринадцатой поликлинике, где его оперируют. Задача батальона, который прибудет ко мне, обеспечить охрану товарища Сталина. Еще есть вопросы?

— Вопросов нет. Приступаю к выполнению поставленной задачи, — четко ответил Кирсанов, включив режим берсерка. Теперь эти сметут все и всех, кто встанет у них на пути.