Но кроме титульной нации Зырянов принадлежал к интернациональной породе постсоветских номенклатурщиков. Александр знал этот тип людей. Каменные неулыбчивые лица, чугунные зады – фиг прогонишь с насиженного места. Культура для них – шансон и «играй моя гармошка». Досуг – выпивка, баня, рыбалка, охота и еще раз выпивка. К компьютеру не знают с какой стороны подходить. По телевизору раньше смотрели только новости первого канала и сериалы про ментов.

«И перед такими нам приходилось пресмыкаться», – вспомнил Данилов. Ему было приятно видеть в глазах своего социального антагониста настоящий страх.

Этот одутловатый монгольский господин с белыми от ужаса глазами первым подбежал пожать руку Богданову. Раньше он был «вассалом» Мазаева, а теперь, выходит, стал Богдановским. И сейчас в этом зале проходило собеседование, итог которого мог быть любым.

Богданов еще раньше всем показал, что незаменимых нет, как нет и священных коров. Новорожденное государство он обещал скреплять железом и, если надо, кровью.

Рыльце у этого Зырянова было в пуху. Поговаривали, что он должен был во время летнего блицкрига привести олигарху на подмогу человек пятьсот, но затянул со сборами – то топлива нет, то машины сломались. Наивная восточная хитрость в расчете на то, что сдохнет или ишак, или шах. Учитывая, что от Заринска до Змеиногорска куда дальше, чем от Заринска до Подгорного, хитрость не была совсем уж бессмысленной.

Узнав о поражении и гибели под Подгорным всей армии Мазаева, Иван Иваныч с братьями, зятьями, дядьями, деверьями и прочими членами клана внезапно собрался за один день. Но не для того, чтоб защитить Заринск, а чтоб успеть его разграбить, а потом удрать обратно в свои горы с полными фурами продуктов из оскудевших, но еще не пустых закромов города. Немного не рассчитал – силы Богданова явились на полдня раньше, чем его авангард на внедорожниках. Вот такой фрукт был этот «дикий тунгус». Вместе с ним прибыли трое помощников, пятеро охранников и одна девушка. Его дочь. С редким именем Алиса, оживляющим в памяти образы прекрасного далека и страны чудес.

В малом банкетном зале, где на стене висел портрет Сталина из логова сурвайверов, за накрытыми столами их ждали двадцать человек – новый хозяин, его супруга, его охрана и сподвижники. Водки не было, зато подавали жаркое – постную и довольно жесткую медвежатину с хреном и с отварной картошкой на гарнир. Раньше Данилов предпочел бы свинину, но с тех пор, как узнал про рацион Мазаевских хряков и свиноматок, она могла не полезть ему в горло.