Утром Александр опять засиделся на чердаке со своей пишущей машинкой, заменивший ему последний сломавшийся компьютер и забыл подбросить уголь в печь.

Осень в этом году пришла рано, а стены их дома были далеки от герметичности, поэтому прохлада уже чувствовалась, если не сказать «холод».

– Ну, ты и болван, – Алиса стояла в дверях, на ходу запахивая халат. – Не видишь, что огонь погас?

– Прости, – от досады Александр хлопнул себя по голове. Он писал про Французскую революцию и шуанов. – Сейчас растоплю.

По ночам он не только писал свой труд, но и читал. Из поездок Данилов привез большую библиотеку. Он давно понял, что, как ни береги оргтехнику, когда-то сломается последняя «персоналка» (ноутбуки и мелкие гаджеты вышли из строя еще раньше), и тогда от электронных книг не будет проку.

Он знал, что когда этот день пришел и сервер Заринска прекратил свою работу, накопители данных были запечатаны, запаяны в металлические контейнеры и сложены в подвале заринского архива. Может, новый технологический рывок произойдет раньше, чем они придут в негодность. Все может быть…

В последнее время его больше всего занимали труды по космологии. В небесной гармонии он видел квинтэссенцию бытия. Квазары и пульсары, спиральные галактики и шаровые скопления, экзопланеты и планеты-сироты, коричневые карлики и звезды главной последовательности. Все это завораживало его гораздо сильнее, чем жизнь социумов и их мышиная возня. Если бы начать жизнь сначала, Александр стал бы заниматься этим, а не суетными делами мира людей. Стал бы астрономом.

– Теперь уже сначала вычисти ее, – сурово произнесла Алиса.

Старая, как и сам довоенный дом, печь занимала почти половину маленькой кухни.

Александр вычистил ее, разжег от старой книги (кажется, это был Марсель Пруст), а потом, когда занялись и разгорелись поленья, высыпал первое ведро останков доисторических деревьев. Город стоял прямо на месторождении каменного угля, а значит, когда-то тут шумели невиданные леса, ровесники динозавров. И все для того, чтобы он, ничтожный червь, мог топить, как Гитлер, свою печь телами жертв давнего астероидного геноцида.

Когда-то Александр смеялся, увидев в анкете на получение британской визы графу для заполнения, над которой значилось «Tribe» – племя. Составители явно не делали разницы между русскими и зулусами. Данилов не знал, из древлян, полян или кривичей были его далекие предки, поэтому тогда, в прошлой жизни, в консульстве чужой страны оставил это поле в анкете пустым.

А теперь у него действительно было свое племя. И пусть он не был вождем, но пользовался некоторым уважением за ум и знания… хоть Алиса и считала это незаслуженным.