***

Несколько слов о горячей вере и о не очень горячей вере. Рассказывают, что последователи одного из древних языческих культов практиковали в высшей степени удивительный ритуал, который включал в себя командную игру в мяч, когда множество команд отчаянно сражались между собой, и в конце долгого и изматывающего сезона только две команды выходили в финал. В финальной игре напряжение достигало своей кульминации, и команды сражались не на жизнь, а на смерть. На первый взгляд тут нет ничего удивительного, поскольку в наше время есть множество самых разнообразных игр в мяч и множество финалов, в которых команды сражаются не на жизнь, а на смерть. А теперь «небольшое» уточнение, после которого современный человек и начнет удивляться, округлять глаза и очень заинтересованно задавать множество вопросов – в первую очередь задавать их себе. Дело в том, что в финале команды играли не на жизнь, а на смерть не для того, чтобы после игры получить ценные призы и долгое время наслаждаться славой чемпионов, но не на жизнь, а на смерть они сражались именно для того, чтобы умереть в буквальном смысле этого слова. Выигравшая – выигравшая, а не проигравшая! – команда в полном составе умирала, так как ее традиционно приносили в жертву богу этого культа. Представьте себе силу веры этих людей, которые яростно сражались за честь умереть и предстать перед своим богом, отдав ему свои земные жизни в качестве подарка. Для них высшей наградой была смерть! Кто из нас верует во что-то – не важно во что именно – с такой силой, что способен на такое? Впрочем, моя история еще далеко не закончена, и для ее завершения перенесемся в Российскую Империю во времена, когда до катастрофы 1917 года оставалось лет пять-десять. В книге одного из церковных деятелей тех времен есть описание того, как чрезвычайно горячо – они прямо-таки горели и пламенели! – вели себя крестьяне того времени на своем деревенском сходе, посвященном предстоящему крестному ходу где-то недалеко от Иваново-Вознесенска. Были крики, взаимные оскорбления, мордобой и едва ли не пролитие крови. В какой-то мере накал этого схода напоминал накал вышеупомянутой игры в мяч. Однако есть и некоторая разница. Дело в том, что русские крестьяне яростно бились друг с другом за то, чтобы не участвовать в крестном ходе. Еще раз подчеркну – не участвовать. Все они от этой, видимо, чрезвычайно обременительной для себя обязанности хотели уклониться, заставив идти вместо себя кого-то другого. Вот такой для того времени вполне рядовой, но весьма любопытный и наводящий на мысли пример из хроник жизни народа «Святой Руси» столетней давности. А теперь сравним обжигающе пламенную веру в своего языческого бога игроков в мяч и как бы «веру» в Бога этих русских крестьян из Ивановской губернии начала XX века, и причина русской катастрофы 1917 года начнет для нас проясняться. Увы, к тому времени веры не было даже у множества крестьян, а что уже говорить о так называемых «высших» классах русского общества, у которых веры не было вообще и не было давно. Что было? Если что-то и было, то это было лицемерие. Лицемерие заместило веру. Снизу доверху. Под аккомпанемент бесконечной трескотни о «народе-богоносце» заместило. Крепкое вино веры в Бога, сотни лет бродившее в русском народе, стало выдыхаться и постепенно превратилось в подкисшую мутную водичку с тяжелым запашком и сомнительным вкусом. Имеющий глаза да увидит. А если не увидит, то пусть вспомнит про древнюю игру в мяч, в которой победители получали свою высшую награду – смерть.