Старуха сидела со струями влажной проволоки на лице.

Сын погиб.

Но это была только половина.

Она никогда не узнает, как это случилось, но могу сказать вам, не дожидаясь вопросов, что одному из нас это известно. Кажется, я всегда знаю, что произошло, когда вокруг снег, пушки и разные смешения человеческого языка.

Когда я представляю со слов книжной воришки кухню фрау Хольцапфель, я не вижу ни плиты, ни деревянных ложек, ни водозаборной колонки. Во всяком случае, сначала. А вижу я русскую зиму и снег, падающий с потолка, и еще судьбу второго сына фрау Хольцапфель.

Его звали Роберт, и случилось с ним вот что.

*** МАЛЕНЬКАЯ ВОЕННАЯ ПОВЕСТЬ ***Взрывом ему оторвало обе ноги ниже колен,и он умер на глазах брата в холодномпросмерделом госпитале.

*** МАЛЕНЬКАЯ ВОЕННАЯ ПОВЕСТЬ ***

Взрывом ему оторвало обе ноги ниже колен,

и он умер на глазах брата в холодном

просмерделом госпитале.

Россия, 5 января 1943 года, очередной ледяной день. Среди улиц и снега повсюду лежали мертвые русские и немцы. Кто еще был жив, стрелял в чистые страницы перед собою. Сплетались три языка. Русский, пулевой, немецкий.

Пробираясь среди павших душ, я услышал, как один человек говорит:

– У меня в животе чешется. – Он повторил это много раз. Несмотря на шок, он полз вперед, к темной обесфигуренной фигуре, пролившейся наземь. Когда солдат с раненым животом подполз, он узнал Роберта Хольцапфеля. Руки у Роберта были залеплены кровью, и он нагребал снег себе на ноги ниже колен – туда, где ног, оторванных последним взрывом, уже не было. Горячие руки и красный вопль.

От земли шел пар. Вот как выглядит и пахнет гниющий снег.

– Это я, – сказал Роберту солдат. – Петер. – И он с трудом подполз на несколько сантиметров ближе.