Тем временем девочки стали полноценной семьей Корд – ведь для того, чтобы заботиться друг о друге, документы, подтверждающие степень родства, не требовались. Айрис очень помогла Корд с предстоящей операцией: она ходила с ней на все консультации и задала врачам множество разумных вопросов, о которых Корд даже не подумала. Не без помощи профессора Мацци Корд, в свою очередь, устроила Эмили экскурсию по Королевскому театру Ковент-Гарден. В одной из старых гримерок, которой она однажды пользовалась, Корделия наткнулась на Джея Вашингтона, солидного, с сединой на висках, но в остальном ничуть не изменившегося. Он чуть не сломал ей руку в рукопожатии и вдобавок крепко прижал ее к себе.
– Черт! Едва узнал тебя, Корделия, – воскликнул он, и она почувствовала укол обиды, но потом улыбнулась и сделала вид, что не замечает, каким похотливым взглядом Джей окинул Эмили.
Между Корд и Джеем теперь зияла пропасть: она, словно беспокойный призрак, одетая в черное платье и черные легинсы, с накинутым на плечи кардиганом и обутая в кеды, рыскала по сцене в поисках былой славы, он же лоснился от многолетнего успеха. Но несмотря на это, Джей был добр к Корделии и отнесся к ней со всем возможным вниманием.
Эмили впечатлила неожиданная встреча и, когда они пошли дальше, дружески похлопала Корд по плечу.
– Прекрасно, тетя Корд, вы молодец, – похвалила ее она и немедленно написала Айрис, чтобы изложить все подробности встречи тети с горячим бывшим бойфрендом, после чего сестрички безжалостно дразнили этим Корд к полному ее восторгу.
Иногда обе девочки заходили на чай, и Корд показывала им фотографии их матери, а Айрис как-то заявила, что тете нужно носить больше одежды с узорами вместо серого и черного цветов.
– Большое тебе спасибо за совет, – поблагодарила ее Корд.
– Доверьтесь мне, – буднично ответила Айрис и вернулась к телефону. – Эмили, очень смешно, иди посмотри! Это то насекомое, похожее на ветку, и оно типа танцует под Карли Рэй Джепсен!
Корд хотела сказать Бену еще кое-что, устроить ему сюрприз, но не могла сделать этого, не раскрыв существования дневника, и потому молча смотрела в окно: на простирающиеся к острову Брауни поля и на курган, ведущий к Биллз-Пойнт и Суонеджу. Летом там росли колокольчики, кивающие головками в высокой траве, а в воздухе плясали бабочки, но сейчас, поздней осенью, склон зарос кроваво-красным утесником, а в ветвях голых, согнувшихся деревьев свистел ветер. В воздухе висело предчувствие зимы, и Корд подумала: «