Лето 2015 года

I

Поминки по Алтее в Боски стали настоящим событием. Оливия де Кеттвиль, вдовствующая десять лет с тех пор, как умер Гай, заявила, что Алтея и Тони были бы безмерно довольны количеством потребляемого шампанского, количеством гостей и поздним часом, в который вечеринка завершилась. «Как в старые добрые времена, – сказала она. – Правда, обошлось без драки, но у тебя не может быть всего».

Алтея умерла в июле, насладившись несколькими месяцами, когда ее состояние не ухудшалось, и только в самом конце начались судороги и боли, и ее лечили морфином. Ей исполнилось всего семьдесят пять, она была все еще молода, но, казалось, была счастлива уйти, как немного озадаченно рассказал Бен, и Корд смогла только улыбнуться и согласиться. Алтея осталась в здравом уме, она умерла в облагороженном Боски, рядом с детьми и прекрасными девушками, которых называла своими внучками. Она ненавидела мысль о долгом упадке карьеры, у нее кончились книги для чтения, многие ее поклонники умерли или ужасно облысели-словом, все у нее было благополучно настолько, насколько она только могла надеяться, учитывая обстоятельства. Похоронная церемония прошла в нормандской церкви в деревне, и Алтею похоронили рядом с Тони на полузаброшенном древнем кладбище, постепенно исчезающем под натиском яблоневых зарослей. Деревья, ветви которых были согнуты фруктами, окаймляли садик, где Тони впервые играл в «Сне в летнюю ночь» много лет назад.

С кладбища открывался вид на море, тонкую голубую ленту, белизну Биллз-Пойнт вдали. Это была частная служба, только близкие родственники, хотя приехал и дядя Берти, с которого сдули пыль и которому разрешили приехать. Он продекламировал:

– ибо, по его словам, Алтея как Королева Фей была окружена поклонниками и никогда не чувствовала себя более счастливой, чем купаясь в теплых лучах одобрения и восхищения.

Бен и Корд организовали поминки в последнее воскресенье августа, приходящееся на банковский день, хотя на самом деле заслуга по подготовке мероприятия легла в основном на плечи Лорен. Корд, приехав в субботу на помощь, с удивлением обнаружила три башни из стульев на крыльце, два стола на песке рядом и молодого человека, забравшегося на стремянку и прикрепляющего нити китайских фонарей к фасаду и крыше. Над дверью в почетном месте висел ангел на новом крючке и улыбался им.

– Паб, что вниз по улице, готовит еду, – сказала Лорен. – Большие тарелки с бутербродами и салатами, а еще у меня есть парень, который приносит местный хлеб и крабов для крабовых рулетов. И вот еще что… – Она указала на три свернутых коврика в холщовом мешке. – Я подумала, что люди могли бы устроиться на песке перед домом, или, может быть, мы все могли бы пойти на пляж или даже к пляжному домику, раз уж теперь мы решили его снести, и сказать несколько слов… – Она замолчала, улыбаясь Бену. – Почему вы смеетесь?