Кончик его носа порозовел. Он неловко улыбнулся.

– Большое спасибо вам, викарий. Но операцию провели только четыре месяца назад, и я все еще не совсем вернулась туда, где мне хотелось бы быть.

– И все же, моя дорогая, для меня было большой честью услышать, как вы снова поете, – сказал преподобный Джеймс. – Обязательно удостойте меня визитом. – Едва уловимо дотронувшись до ее руки и слегка кивнув в манере викариев королевской семьи, он неспешно направился к другим гостям.

Корд отвернулась, чтобы поймать солнце, только начинающее заходить, янтарная и бледно-золотая рябь струилась по небу. Пожилая гостья, одна из помощниц Алтеи в Хартман-Холле, тоже нуждалась в ее внимании, желая расспросить о пении, и Корд вежливо ответила на все вопросы, усадив ее в кресло и принеся ей бокал вина.

Вернувшись со стаканом, она увидела Айрис на ступеньках крыльца – она беседовала с каким-то пожилым человеком. Корд положила руку на плечо племянницы.

– Как дела, Айрис, дорогая? – нежно спросила она, и племянница улыбнулась ей такой знакомой улыбкой, что у Корд захватило дыхание. – Прекрасная вечеринка, не так ли?

Айрис слегка удивленно посмотрела на нее.

– Да, конечно, тетя Корд, могу я вас кое-кому представить? Это старый друг папы-тот, кто сейчас живет в подвале. Никак не могу вспомнить, знакомы вы с ним или нет. Хэмиш? Хэмиш Лоутер?

«Да вы издеваетесь!» – подумала Корд, оглядываясь в поисках брата, чтобы выразить ему свое негодование. Но Бена нигде не было видно, и поэтому она пожала протянутую ей руку.

– Хэмиш Лоутер, значит? Ну, здравствуй! – сказала она.

– И ты здравствуй.

Хэмиш сжал маленькую ладонь Корд обеими руками и посмотрел ей в глаза. Он, безусловно, стал старше, и светловолосая красота его юности превратилась в седину. Стройность фигуры тоже исчезла, он стал плотнее, плечи расширились, а лицо покрыли морщины. Впрочем, Хэмиш все равно не выглядел стариком – скорее, мужчиной среднего возраста. Его темно-серые глаза улыбались ей, пока он держал ее за руку.

– Корделия, – сказал он своим низким, великолепным голосом. – Я очень рад тебя видеть.

Ее кожу снова стало покалывать – старый инстинкт проснулся и сообщал, что опасность близка, но она с большим усилием проигнорировала сигнал. Она широко улыбнулась Хэмишу, неожиданно заметив, что никак не может перестать улыбаться.

– Что, во имя всего святого?…

Он перебил ее, наклонившись ближе.

– Слушай, прежде чем ты разозлишься на меня-твоя мама хотела, чтобы я приехал, и была довольно настойчива. Видимо, она дала Бену список людей, в ином случаея бы не пришел, обещаю…