Перед Кларой кто-то поставил стакан воды. А она, лениво размышляя о том, зачем Айвору тогда понадобилась машина, радовалась, что надела норковый палантин Джуди. Мисс Бриджес, может, и кипела от внутреннего жара, но в комнате было ужасно холодно.

Мистер Соммерсби, усевшись в центре, заявил: «Итак, сегодня я во главе», и Клара подумала, как захихикали бы ее дети, услышав это: «В чьей главе? Он что, в голову забрался? Или: «Ну да, во главе угла!».

– Мы ознакомились с вашими материалами, которые весьма дополнили личные дела детей, и должны поблагодарить вас за столь тщательно собранные сведения.

Тщательно. Видимо, это слово у нее даже на могиле напишут, черт побери!

– Итак, рассматривается вопрос о возможности вашего дальнейшего пребывания на посту заведующей детским домом «Шиллинг Грейндж». И, если угодно, этот вопрос вообще возник в связи…

Кларе вовсе не было угодно.

– …с возникшими разногласиями между мастером Джеймсом Питером Дауни и его дядей, мистером Джеймсом Куртни, а также в связи с вашим решением препятствовать встречам мальчика с его единственным…

– Живым родственником, – невольно подсказала Клара и согласно кивнула: – Да, это так. – Но мистер Соммерсби как ни в чем не бывало продолжил:

– …который в настоящее время надеется оформить документы на усыновление.

– Я… Да, все верно.

– К сожалению, имеются и другие прецеденты. – Миссис МакКарти пошуршала бумагами. На вид ей было лет шестьдесят; ее лицо Клара определила как «свирепо-интеллигентное»; на ней была юбка в «гусиную лапку» и розовая блузка с кружевными манжетами. – Вы ухитрились открыть истинный ящик Пандоры. Если бы дело было только в том случае… Но вас вызвали сюда из-за того, что вы неоднократно нарушали установленные правила.

Клара чувствовала, что вот-вот упадет в обморок. Жаль, думала она, что я не согласилась оставить окно открытым, когда мне это предлагали. Мисс Бриджес изучала паркетный пол так внимательно, словно от этого зависела ее жизнь. В углу комнаты виднелась небольшая горка пыли, которую туда явно замели, а убрать забыли, и она странным образом приковывала к себе внимание.

Я же часть этого детского дома, – думала Клара. – Такая же неотъемлемая его часть, как и многие другие, в том числе и бесполезные, вещи. Именно там мое место.

– Вот, например, заявление, подписанное мистером Уайтом. Согласно его наблюдениям, вы много раз оставляли детей одних. Вы называли их «дикими зверьками». Дети неоднократно пребывали под присмотром женщины, имеющей весьма сомнительное прошлое.