Две ваши стенгазеты… выражают гнев и порицание притеснения рабочих, крестьян, революционной интеллигенции и революционных партий со стороны землевладельцев, капиталистов, империалистов, ревизионистов и их прихвостней. Это свидетельствует о том, что восставать против реакционеров – это верный путь. Я выражаю вам свою активнейшую поддержку [Ibid.: 129–135; полный текст заявления Мао см. 133–134].

Две ваши стенгазеты… выражают гнев и порицание притеснения рабочих, крестьян, революционной интеллигенции и революционных партий со стороны землевладельцев, капиталистов, империалистов, ревизионистов и их прихвостней. Это свидетельствует о том, что восставать против реакционеров – это верный путь. Я выражаю вам свою активнейшую поддержку [Ibid.: 129–135; полный текст заявления Мао см. 133–134].

После всех этих благих пожеланий Мао пригласил около 1500 студентов занять места на трибунах для зрителей во время огромного митинга хунвейбинов на площади Тяньаньмэнь 18 августа. Среди приглашенных оказались свыше 20 хунвейбинов из Средней школы высшей ступени при Университете Цинхуа. Когда они встретились с лидером и назвались, Мао заявил им: «Решительно поддерживаю вас!» Этот эпизод несколькими днями позднее был описан на страницах «Жэньминь жибао». Во время митинга Мао была преподнесена нарукавная повязка хунвейбинов. Ее вручила лидеру представитель студенческого движения из Женской средней школы высшей ступени при Пекинском педагогическом университете. Девушка была создателем «первой стенгазеты» школы. В газетах Китая активно тиражировалась знаменитая фотография, на которой школьница помогает улыбающемуся Мао Цзэдуну надеть повязку на руку. В последующие дни национальные СМИ перепечатывали отрывки из речей и стенгазет школьников-мятежников [MacFarquhar, Schoenhals 2006: 106–110; Walder 2009: 134–135].

Учащиеся же, в соответствии с тенденцией порицания ревизионистов в партийном руководстве, заняли по вопросу «классовой линии» КПК в сфере образования воинственную позицию, где основной акцент делался как на политической подготовке, классовом происхождении и политической активности при поступлении в учебные заведения, так и на критике тех, кто чрезмерно стремится к хорошей успеваемости и успешной сдаче экзаменов. Такие идеи оказались чрезвычайно близкими по духу хунвейбинам-школьникам первой волны, бо́льшая часть которых были выходцами из семей членов партии и революционных кадров. На первых порах лидерами хунвейбинов из средних школ высшей ступени при Пекинском университете, Университете Цинхуа и Пекинском педагогическом университете были представители семей официальных лиц, за которыми был закреплен статус «революционеров», и молодые люди очень гордились своим происхождением. Проблемы начались после распространения оформленных в виде двустиший (дуйлянь[154]) уничижительных куплетов, восхвалявших учащихся, чьи родители имели революционные корни, и порочивших представителей «дурных» семей. Скандал вокруг этих куплетов стал первым свидетельством возникновения раскола в среде хунвейбинов-школьников.