Аналогичные события по сути развернулись в Гуанчжоу. Как и их товарищи в Нанкине, местные повстанческие силы также разделились во мнениях по поводу январского захвата власти[174]. Исключенные из процесса распределения полномочий повстанцы заявляли, что, поскольку новые властные структуры защищали представлявших реакционную буржуазную линию чиновников, они являются подставными организациями. Этот аргумент нашел поддержку со стороны ГДКР, в особенности с учетом того, что Чжоу Эньлай провозгласил образцом для захватов власти именно Гуанчжоу. На состоявшейся в феврале в Пекине встрече ГДКР, скорее, выступала на стороне фракции «против». В конце февраля, после того как переговоры зашли в тупик, Гуанчжоу был взят под военный контроль. Та же последовательность событий, которую мы уже наблюдали в Нанкине, имела место и в Гуанчжоу. Захватившие власть повстанцы и противостоявшие военному контролю подвергались заключению и столкнулись с запретом на деятельность своих организаций. В это же время противостоящие им повстанцы одобрили действия вооруженных сил. Когда адресованная вооруженным силам новая апрельская директива предоставила повстанцам свободу действий, те мобилизовались на атаку армии, заслужив тем самым себе одобрение ГДКР, которая прежде поддерживала другую повстанческую фракцию. Столкновения между двумя повстанческими союзами, теперь более равными по своим возможностям, охватили всю провинцию Гуандун. Выступавшие против армии повстанцы теперь назывались «Красное знамя», их оппоненты именовались «Восточный ветер»[175].

В Ухане в рядах повстанческих сил поначалу наблюдались схожие расколы по поводу январского захвата власти. Однако там события приняли принципиально иной оборот, предвосхищая значительные последствия для всего Китая. Ухань переживал уже знакомые нам конфликты между восставшими по поводу представительности в новых органах власти. Группа повстанцев, которая решилась на захват власти, столкнулась с противостоянием местных военных подразделений, была распущена и подверглась репрессиям [Wang 1995: 113–121]. Однако в конце марта Чэнь Цзайдао, командир военного округа города Ухань, встретился в Пекине с Чжоу Эньлаем и членами ГДКР. Стороны пришли к консенсусу в том, что действия первенствующей повстанческой фракции были недопустимыми и что ее атаки на армию неприемлемы. Ощущая в связи с такими распоряжениями властей прилив уверенности, Чэнь вернулся в Ухань и провел против противостоящей ему повстанческой фракции поразительно агрессивную кампанию. Руководство и рядовые члены группировки были задержаны, что разрушило структуру организации. Многие представители движения были объявлены контрреволюционерами.