В ночнушке и без косметики Джесс выглядела моложе своих четырнадцати лет.

– Хорошо, – кивнула она.

– Вот и отлично. – Флора села на нижнюю ступеньку и быстро обулась. Чмокнула ошарашенную Джесс в щеку, погладила Голди и выскользнула за дверь.

* * *

Из окна спальни Хизер наблюдала, как Флора, словно вороватая кошка, крадучись пробирается по дорожке. Затем перевела глаза на пустую кровать Джесс. Она слышала каждое слово и чувствовала себя бесконечно несчастной. «Особенно Хизер»… Какие страшные слова.

Было время, когда они с Флорой не имели секретов друг от друга. И вот теперь сестра убежала тайком, чтобы провести день со своим парнем, а лучшую подругу Хизер попросила ее прикрыть. Вспомнились слова, недавно сказанные Диланом: «Вечно путающаяся под ногами маленькая прилипала. Во все дырки суешь свой нос. Флора ненавидит тебя».

Неужели это правда?

Раньше она не сомневалась в том, что сестра ее любит. Однако с того вечера, когда она отхлестала Дилана, Флора стала избегать ее, и день ото дня отчуждение нарастало. Хизер не могла больше мириться с этим. Они слишком много пережили вместе. Если на то пошло, она и их отца застрелила ради Флоры…

39. Марго

39. Марго

В комнате для допросов настолько душно, что Марго старается реже дышать. Ее ладони вспотели, шарф стягивал шею, словно удавка. Как же она ненавидит замкнутые пространства! Только на свежем воздухе она чувствует себя счастливой, особенно верхом, только тогда получается дышать полной грудью. Марго делает глоток теплой воды из пластикового стаканчика, который ей предусмотрительно предложили при входе.

Когда Адам предложил ее сопровождать, она отказалась, а теперь жалеет об этом. Сейчас компания не помешала бы. Если б только с ней была Хизер! Или хотя бы Джесс…

В то утро Марго поделилась с Хизер последними новостями.

Хотя дочка быстро шла на поправку, лечащие врачи не давали пока разрешения на проведение официального допроса. У палаты продолжали дежурить полицейские; иногда даже заходили в палату и усаживались рядом с кроватью Хизер. Марго не хотела думать, что делается это с целью получить какие-либо сведения, пока та спит.

Сегодня, когда Марго пришла в больницу, Хизер дремала. Ее постоянно клонило в сон из-за огромного количества прописанных лекарств: обезболивающие плюс внутривенно антибиотики, чтобы остановить инфекцию, которая попала в рану на груди. Но мозговая деятельность была в норме, отеков не наблюдалось, и врачи сказали, что, как только рана начнет заживать, ее можно будет выписать. «Куда выписать?» – этот вопрос больше всего волновал Марго.

Она присела на стул рядом с кроватью и, нежно погладив дочку по голове, тихонько позвала:

– Хизер, ты спишь?

Хизер открыла глаза и улыбнулась. Затем приподнялась с подушек и спросила, не привезла ли мать Итана.

– Адам привезет малыша позднее.

Хизер откинулась на подушки.

– Ужасно по нему скучаю… Когда же мне позволят уйти отсюда? – пробормотала она и отвернулась. Марго показалось, что дочь плачет. – Бред какой-то… Вчера приходила адвокат, которого ты наняла, и задавала массу вопросов. Неужели мне придется предстать перед судом?

«К сожалению, придется. Как только полиция проведет официальный допрос, тебе тут же предъявят обвинение».

Однако Марго не могла сказать Хизер правду.

– Послушай, милая, звонили из полиции. Есть новости.

Хизер повернула к матери заплаканное лицо.

– Какие новости? – В ее глазах засветилась надежда, а сердце Марго зашлось от тоски.

– В подвале дома Клайва Уилсона, которого, по мнению полиции, ты застрелила, обнаружили тело, пролежавшее там долгие годы. Они полагают… – Она сглотнула и с трудом продолжила: – Что это Флора.

От удивления Хизер вскрикивает.

– Нет, не может быть!

– И теперь у полиции появился мотив. Если ты каким-то образом узнала об этом, то могла убить Клайва. И его мать.

Хизер в отчаянии трясет головой.

– Это не может быть Флора.

– С большой долей вероятности это именно она, – с печалью повторяет Марго. «Иначе зачем бы ты убила Клайва и Дейрдре Уилсон?» Она берет Хизер за руку. – Послушай, адвокат, которой я поручила дело, – Луиза Миллиган – сказала, что есть достаточно оснований обвинить тебя в непредумышленном убийстве на почве частичной невменяемости или…

Хизер с такой силой схватила руку Марго, что та охнула от боли и отстранилась.

– Прости, мама, но ты не слышишь меня. Я не убивала Клайва. Я никогда с ним не встречалась. Да, Адам общался с ним по поводу покупки щенка. И все! Зачем мне его убивать? Давай рассуждать логически. Если б я узнала о причастности Клайва к убийству Флоры, разве могла бы я забыть о таком? А я совершенно ничего не помню о тех событиях! – И Хизер с недоумением и надеждой взглянула на Марго.

– Знаешь, врачи говорят, что травматический инцидент может иногда вызвать временную амнезию. Мозг защищает тебя от ужасных воспоминаний. И заблокировал в твоей памяти информацию о том, что Клайв убил Флору.

– Нет. Это не Флора. Нет! Нет! – Хизер начала судорожно биться. Испугавшись, что она выдернет капельницу, Марго схватила Хизер за руки и стала ее успокаивать:

– Милая, прекрати, пожалуйста… Иначе мне придется позвать медсестру.

Хизер перестала вырываться, на ее лице разлилась смертельная бледность. Марго продолжала:

– Сегодня днем я поеду в полицейский участок, чтобы провести опознание. – «Если, конечно, можно будет кого-то опознать – после стольких лет», – подумала она, а вслух сказала: – И сдать свою кровь для ДНК-анализа. После этого мы все узнаем.

…И вот теперь она в участке: сидит в ужасной клетушке, похожей на камеру, и ждет результатов анализа ДНК.

Дверь открывается, и в помещение входит Гари Рутгоу, а следом за ним – невысокая молодая женщина с папкой в руках. При виде Марго лицо старшего инспектора смягчается.

– Здравствуй, Марго.

Та молча кивает, напряженно в него всматриваясь. Сердце вот-вот выскочит из груди; приходится сделать глоток воды, чтобы не потерять сознание.

«Неужели настал момент, когда я узнаю правду? Является ли найденное тело Флорой?»

Рутгоу смотрит на пустой стул рядом с Марго.

– С тобой никого нет?

Она качает головой.

«Давайте же, наконец!»

Рутгоу представляет свою коллегу – констебля Клотильду Спенсер, – и они оба усаживаются напротив Марго. Несмотря на весь трагизм момента, она замечает, что на Рутгоу нежно-розовый галстук с белыми крапинками.

– Очевидно, что вам не удастся опознать Флору из-за серьезных разложений тела, – начинает Спенсер.

При этих словах лицо Марго сводит гримаса боли. Она старается не думать о том, во что могла превратиться ее красавица дочка.

– Вот почему мы взяли образец вашей ДНК. И просим вас поделиться какими-либо деталями, которые помогут идентифицировать найденные останки.

– Например, какими?

– Какие-то аномалии, повреждения и тому подобное. Например, не ломала ли ваша дочь когда-нибудь ключицу?

– В шесть лет у нее был перелом левой лодыжки. Он сросся не совсем правильно и позже давал о себе знать. Эта нога часто подворачивалась и была заметно слабее.

Уточнив информацию, констебль Спенсер бросает в сторону Рутгоу вопросительный взгляд. Гари подхватывает разговор:

– Тело, которое мы нашли, принадлежит человеку, умершему где-то между девяносто третьим и девяносто шестым годами. Предположительно, это молодая девушка в возрасте пятнадцати-семнадцати лет. К сожалению, за давностью времени мы пока не можем определить причину смерти; впрочем, судебные патологоанатомы продолжают работу. Но кое в чем мы совершенно уверены: у найденного нами человека был только один перелом.

«Ну вот, сейчас», – в отчаянии думает Марго. Она не станет при всех плакать. Только бы добраться до машины…

– И это перелом правой ключицы. Никаких следов повреждений ни на одной из лодыжек. Конечно, окончательно все прояснится, когда мы закончим анализ ДНК, но… – Рутгоу откидывается в кресле, и Марго с удивлением видит облегчение на его лице. – Не думаю, что это тело принадлежит Флоре.

* * *

Наконец-то она в спасительном убежище своей машины и может дать волю слезам. Марго сама не знает, почему плачет: от облегчения, что нашли не Флору, или от жалости к другой матери, вынужденной, как и она, жить в аду в течение долгих-долгих лет. Часть ее души хотела бы, чтобы это оказалась Флора, чтобы завершился большой и страшный этап ее жизни, когда каждый день она мучилась сомнениями и вопросами. Однако другая часть – бо́льшая часть – души испытывает облегчение, потому что остается, пусть маленькая, возможность, что Флора еще жива. И счастлива. Порой Марго позволяет себе увлечься и такими фантазиями. Надежда – страшная сила, которая нередко приводит к ужасным разочарованиям…

Марго достает платок и вытирает слезы. «Стоп. Надо быть сильной. Ты обещала Хизер вернуться в больницу и все ей рассказать».

И хотя официального подтверждения не будет, пока не готовы результаты ДНК-теста, Хизер должна узнать новости первой. Если это тело не Флоры, то у ее дочери не было мотива стрелять в Клайва Уилсона.

…Звонит мобильный – это Лео. Она сообщила ему, что поехала на опознание, и он тоже ждал результатов.

– Они думают, что это не Флора.

– Это просто замечательно! – радостно восклицает брат. – Значит, у Хизер нет мотива.

– Именно так. – Марго опускает голову на руль и закрывает глаза. – Лео, ты приедешь сегодня?