Джоди Ли: Что бы вы сделали, доведись вам однажды раскрыть эту тайну?
Джоди Ли:Марлоу Фин: Какую тайну?
Марлоу Фин:Джоди Ли: То, каким образом маленькая девочка оказалась совсем одна в лесу.
Джоди Ли:Марлоу Фин:
Джоди Ли: И тайну, связанную с вашей сестрой Айлой…
Джоди Ли:Марлоу Фин:
Джоди Ли: Чего?
Джоди Ли:Марлоу Фин: Все внимание сфокусировано на мне. Чем я занималась до того вечера? Что делала в коттедже? Что случилось на следующее утро? Самое пристальное внимание. Но что насчет Айлы? Где она? Кто-нибудь видел мою сестру?
Марлоу Фин:Джоди Ли: Мы тоже хотим знать ответ на этот вопрос, Марлоу.
Джоди Ли:Марлоу Фин: И вот еще: почему допрашивают только меня?
Марлоу Фин:Джоди Ли: Что вы имеете в виду?
Джоди Ли:Марлоу Фин: Вы забываете, что я не единственная была с Айлой в тот вечер. Почему никто не задает вопросы еще одному человеку, который там находился?
Марлоу Фин:Глава 35
Глава 35
2010
2010– Пригласили кучу народа. Всех своих топ-моделей. Кинопродюсеров и режиссеров. Я слышала, будет даже Леонардо Ди Каприо, – выпалила в трубку Марлоу.
Ей только что исполнился двадцать один год, и агентство устраивало по этому случаю грандиозную вечеринку в Нью-Йорке. Она позвонила мне на работу сразу же, как только узнала.
– И что тут странного? – спросила я. – Разве он не встречается с моделями?
Марлоу рассмеялась.
– Я так по тебе соскучилась, Айла.
* * *
Вечеринка была назначена на вечер пятницы. Я как раз заканчивала работу. Должность помощника владелицы галереи в центре Миннеаполиса на деле оказалась завуалированной стажировкой: бо`льшую часть времени я убиралась в офисе и заполняла конверты.
Было уже поздно, когда я заперла дверь. На обочине притормозил блестящий серебристый «Мерседес». Посигналив, Марлоу опустила стекло. На голове у нее был обруч в цыганском стиле: крошечные белые цветочки из бисера покачивались на лбу. Выпрямленные волосы ниспадали почти до самой талии.
– Марлоу? Что ты здесь делаешь? – настороженно спросила я.
– Праздную свой день рождения. Вот, купила себе кое-что. – Она погладила руль и широко улыбнулась.
– Разве тебе не следует быть в Нью-Йорке? Они, наверное, потратили уйму денег на твою вечеринку.
– Ты правда решила, что мне это нужно?
– Дай-ка подумать… Да! – Я огляделась по сторонам, словно рассчитывая на поддержку зрителей.
– К черту их. Они устроили это для себя, а не для меня.
– Марлоу…
– Пф-ф. – Она откинулась на подголовник (цветочки на обруче заплясали вверх-вниз), потом вскинула голову. – Залезай.
Когда я села в машину, Марлоу бросила на консоль черное платье, купленное специально для меня.
На ней это платье смотрелось бы лучше. Ее фигура была создана, чтобы притягивать взгляды, моя – нет. Но тогда я была стройнее (по моим меркам), и Марлоу заставила меня поверить в себя.
Вот в чем была особенность Марлоу. Она могла провернуть с тобой этот фокус за секунду. Когда Марлоу чего-то хотела, не было времени дышать или раздумывать. Ее путь всегда лежал только в одном направлении, она двигалась неуклонно и стремительно. Ничто не могло сбить ее с пути.
Она была неудержима.
В тот вечер меня будто посадили на карусель в парке аттракционов. Оставалось только откинуться на спинку, поднять руки и зажмурить глаза.
Сначала мы поехали в неприлично дорогой ресторан. Пробежав глазами тисненое меню, Марлоу посмотрела на меня и встала. Не потому, что не могла себе чего-то позволить. Просто это не соответствовало ее желаниям. Взамен мы купили пиццу, ящик дорогого шампанского и расположились в пентхаусе в центре города. Помню, с каким самозабвением она поглощала каждый кусочек. У меня на языке лопались пузырьки шампанского, оно текло изо рта, когда мы сгибались пополам от хохота.
Наконец, сняв макияж, мы устроились под широким белым одеялом. Я всегда находила Марлоу красивее всего, когда на ее лице не было косметики. Только россыпь веснушек на носу. С ними она казалась такой невинной.
Марлоу протянула руку и обвела контуры моего лица.
– Обожаю твое лицо.
– Почему? Я думала, все обожают
– Нет.
– Да ну тебя. – Я рассмеялась.
Она сжала мое плечо и прошептала:
– Спасибо. Спасибо.
– За что?
Когда я проснулась, Марлоу уже уехала в аэропорт. В следующий раз я увидела ее на обложке летнего номера «Вог». Тогда еще я могла смотреть на нее с восхищением, не чувствуя пронзающей голову боли. Смотреть, не сжимая кулаки.
Тогда еще она не отняла у меня все.
Глава 36
Глава 36
2010
2010– Не могли бы вы поменять местами номера четыре и три? По-моему, в том углу свет более подходящий.
Невысокий парень с длинным хвостом быстро перевесил две картины.
– Нет. Так еще хуже. Извините. Не могли бы вы, пожалуйста, вернуть все как было?
Я растянула губы в извиняющейся улыбке. Он пожал плечами, однако просьбу выполнил.
– Спасибо… Да, так нормально. Думаю, мы закончили.
Я проработала в галерее почти год, и хозяйка наконец доверила мне курировать выставку. Не просто выставку, а субботний вечерний показ работ ее новой клиентки, начинающей художницы, экспериментирующей с разными техниками. Мне очень нравились ее работы, и желание сделать все в лучшем виде налагало еще большую ответственность и волнение.
Я пошла в дамскую комнату и вынула из чехла черное платье, которое Марлоу подарила мне несколько месяцев назад, когда решила плюнуть на устроенную агентством вечеринку. Разгладив платье спереди, я наклонилась к зеркалу, чтобы нанести темно-коралловую помаду.
Через несколько часов, когда выставка подходила к концу, я позволила себе бокал шампанского. Все это время я слишком нервничала и боялась, что не смогу связать двух слов, если меня о чем-нибудь спросят. Хозяйка украдкой показала мне большой палец вверх и подмигнула. У меня гора упала с плеч. Должно быть, за вечер удалось много продать. Когда пузырьки шампанского осели на языке, я сделала еще один глоток, более долгий.
Мой каблук наткнулся на чью-то ногу.
– Простите, не хотела, – сказала я, не поворачивая головы, и смахнула с подбородка каплю шампанского.
– Правда?
Мы не виделись с того дня на крыльце. До меня долетали только отдельные слухи, из которых я могла составить общее представление о его жизни. Сойер окончил институт на семестр раньше и остался в Калифорнии. Потом вроде бы устроился в архитектурную фирму в Сан-Диего. Иногда я задавалась вопросом, по-прежнему ли он встречается с той девушкой, ходят ли они вместе на пляж, касается ли он ее волос так же, как моих.
Вопреки моим ожиданиям, он совсем не загорел. Нижнюю часть лица покрывала легкая щетина, придававшая ему утонченный, интеллигентный вид. Он как будто играл некую роль; не верилось, что это мальчик из моего детства.
– Ты вырос, – только и сказала я.
– Ага.
Уголки губ дернулись вверх. Я уже его развеселила.
– Почему ты вообще…
– Я вернулся. Хотел быть поближе к Аде. Она уже не так молода, знаешь ли.
– Правда? Глядя на ее рыжие волосы…
– Она недавно перекрасила их в голубой. Я вернулся несколько недель назад. Устроился в одну фирму неподалеку отсюда.
Сойер оглянулся через плечо, словно ожидая увидеть ее там, а затем обвел взглядом галерею.
– Это…
Я взмахнула рукой, требуя продолжения.
– Удивительно? Впечатляет? Самая роскошная выставка, которую тебе доводилось видеть?
– Нет. Я бы так не сказал, – ответил он, разглядывая работы.
– Сойер!
Я едва не закатила глаза. Мы опять вернулись в старые добрые времена. И я вновь почувствовала себя как дома.
Сойер посмотрел на меня. Его глаза сияли.
– Здесь все так, как и должно быть.
Я сглотнула, чувствуя, как раздуваются от гордости ноздри.
– Это ты… Я вижу во всем этом тебя, – сказал он.