Когда она осторожно втиснулась между мной и краем кровати, мне пришло в голову, что с Рози мы почти никогда не обнимались. Даже в детстве мы не заходили вместе в раздевалку и не спали в одной кровати. Не знаю, в ком тут было дело, но Рози бы и в голову не пришло забраться на мою больничную койку.

– Ты ничего не портишь, – некстати сказала я.

– Это ты на собственном опыте говоришь, или?..

– Я думаю, тебе просто не везло, – сказала я как можно жизнерадостнее, слегка переигрывая, чтобы она поняла, что это совершенно нормально. – Теперь будет только лучше. Есть свет в конце тоннеля.

– Самый темный час – перед рассветом?

По крайней мере, я услышала улыбку в ее голосе.

– Все не так плохо, как кажется… – Я попыталась вспомнить еще что-нибудь. – Хм, que sera, sera.

Мы помолчали, а потом одновременно сказали:

– Что не убивает, делает тебя сильнее.

И обе расхохотались.

– Ш-ш-ш, – цыкнула Сьюзан сквозь хихиканье. – Меня вообще не должно тут быть, помнишь?

– Кстати, а что ты тут делаешь? Как зашла? И который сейчас час?

– Почти полночь. Пришлось дождаться, когда Сара ляжет спать.

Сердце у меня оборвалось. Смеяться больше не хотелось.

– Сьюз. Ты серьезно?

– Я же сказала, что мне надо было тебя увидеть.

Несмотря на ее кажущееся спокойствие, я слышала, что она пытается передо мной оправдаться.

– Я еще не рассказала тебе про сегодня. Ты поймешь, почему мне надо было тебя увидеть.

– То есть ты опять сбежала из дома, а потом проникла в больницу?

– Ну, это было несложно, – отмахнулась она. – Куда проще, чем можно подумать.