Такие рассуждения в современном мире вызывают недоверие - поскольку вместо опоры на нечто “практическое” здесь апеллируют к свойствам людей. Сейчас не привыкли доверять людям, больше доверяют обстоятельствам. Однако именно такова логика исторического развития. Перед началом Нового времени общество было организова но принципом индивидуальной власти, которая питалась импульсами, исходившими из сферы культуры. Общество современного типа - все еще - устроено на отношениях равных людей, и потому в нем господствует политическая составляющая общественной жизни, и питается это общество стимулами, исходящими из хозяйственной жизни. Общество, которое должно развиться, чтобы перестать болеть, - общество хозяйственных ассоциаций, с разделением функционирования общественных сфер, в котором основные импульсы поступают из сферы культуры. Только сфера культуры может поддерживать такое общество, в котором люди сознательно участвуют в общественной жизни и договариваются друг с другом относительно ее устройства.

Демократическое общество характеризуется не только изменением экономики, но и разительными переменами в культурной жизни людей. Государственно-правовая сфера образовала равные для всех и обеспеченные государством права. Преимущественно с XVIII-XIX вв. культура стала светской (не-религиозной), материалистической, в своем дальнейшем развитии она перешла от материализма к математизму (схематизму). Шаги к этому современному состоянию были сделаны еще в XVII в., при рождении абсолютизма, государственного права. Конечно, этими немногими словами не опишешь всю специфику культуры Нового времени, но в отношении морфологическом, затрагивающем основные черты трех общественных сфер, такое описание достаточно полно. Характернейшей чертой нового общества является роль в нем средств информации: управление информацией, власть посредством информации, богатство посредством информации. Информационные технологии перерабатывают все сферы: из народа, например, делают народную массу. Надо подчеркнуть неизбежность этого процесса; дело не в злоумышленных тенденциях каких-то групп людей, такое изменение народной жизни подготовлено всем ходом человеческой истории; смерть народу принесло развитие человеческой индивидуальности, высвобождение ее из общих, народных культурных форм. Это не значит, что народная жизнь умирает навсегда, что свободная индивидуальность несовместима с народной жизнью, однако необходимым этапом высвобождения индивидуальности является гибель народной культуры. То, что созидается сейчас как новое аналогичное явление, как новый тип “народного характера”, строится уже на совсем иных основаниях, чем это было в прошлые эпохи развития народов.