Из Римского клуба было сказано в 1991 г.: «Нашим настоящим врагом является само человечество» [405]. Это грозный и нечеловечный исток.

А сейчас к пандемии поставили еще источник угроз, и вся эта система соединилась с холодной войной мафий против капитализма. И снова началась «борьба за старую идею» — США снова развивают старую «холодную войну».

Вот статья американского ученого: «Поскольку антилиберализм находится на подъеме, мир нуждается в якоре республиканских идеалов — эту роль могут взять на себя только Соединенные Штаты. Если основанный на правилах порядок не удастся сохранить, это будет означать возвращение к гоббсовскому миру, в результате под угрозой окажутся не только принципы, но и интересы США. Именно потому, что мир находится в переломной точке, Соединенным Штатам следует обновить мантию своей исключительности…

Вашингтону необходимо сложить с себя обязанности мирового полицейского, но оставаться арбитром, отдавая предпочтение дипломатическому, а не военному воздействию» [469].

Исток класса рабочих

Исток класса рабочих

Наше образование делало упор на понятии класса, сформулированного в марксистской политэкономии. Историки школы «Анналы» (Ф. Бродель) относят возникновение упорной классовой ненависти к периоду Возрождения. Тогда в больших богатых городах при первых признаках чумы богатые выезжали на свои загородные виллы, а бедные оставались в зараженном городе, как в осаде (но при хорошем снабжении во избежание бунта). Происходило «социальное истребление» бедняков. По окончании эпидемии богачи сначала вселяли в свой дом на несколько недель беднячку-«испытательницу». Жан Поль Сартр писал: «Чума действует лишь как усилитель классовых отношений: она бьет по бедности и щадит богатых».

Хайдеггер указывает на важный момент — на Западе после Реставрации истоки изменили свои парадигмы: «Явление Нового времени — десакрализация, обезбожение. Это выражение не означает простого изгнания богов, грубого атеизма… Обезбоженность есть состояние нерешенности относительно бога и богов. В ее укоренении христианским церквам принадлежит главная роль. Но обезбоженность настолько не исключает религиозности, что, наоборот, благодаря ей отношение к богам впервые только и превращается в религиозное переживание» [407].

Это мощный исток, он работает долго, а сейчас представил себя в плаще Возрождения. Но посмотрите, этот исток работает сегодня, практически в своем контексте! Надо только увидеть ядро истока и узлы этой сети вехами-источниками — сейчас они актуальные.