Опыты проводились без согласия испытуемых.

Извинения Клинтона — акт символический, но начались скандалы. Например, в Сарагосе (Испания) сообщалось, что на склады военной базы США перебросили из Пакистана запасы бактериологического оружия. Испанские газеты собрали доступную информацию в самих США. Согласно данным 1993 г., бактериологическое оружие не было уничтожено, как предписывало соглашение с СССР, а было перевезено на базу Эджвуд в штате Мэриленд. При этом более пятисот техников этой базы заразились инфекционными болезнями. Начались протесты в Азии. Профессор медицины университета Мериленда Ричард Хорник в течение многих лет испытывал на заключенных заражение холерой, тифом, гриппом, дизентерией и малярией. После скандала профессор пообещал: «Отныне эксперименты будут продолжены в других странах».

А в Лахор (Пакистан) был направлен другой профессор, Дэвид Нелин, специалист по комарам. Он заявил прессе откровенно: «Для изучения переноса инфекционных болезней насекомыми мы использовали за скромное вознаграждение многих бедных жителей деревень близ Лахора». В лабораторном журнале Нелина за 1989 г. значатся опыты над 325 пакистанцами. При этом после их заражения комарами им не предоставили никакой медицинской помощи. На стр. 272–286 научного отчета подробно описан эксперимент по заражению самок комаров вирусом энцефалита. В Лахоре был установлен инкубатор с производительностью 20 тыс. таких комаров в день. Тогда и возник конфликт в Пакистане.

Западный страх

Западный страх

В западной цивилизации (особенно после Реформации), как пишут, кровожадность «естественного» человека была усмирена правом — «война всех против всех» приняла форму конкуренции. Так, движущей силой, соединяющей людей в общество, являлся страх. Родоначальник теории гражданского общества Гоббс вводит такой постулат: «Следует признать, что происхождение многочисленных и продолжительных человеческих сообществ связано… с их взаимным страхом» [367, с. 302].

Но Гоббс писал о «войне всех против всех» в 1651 г., опираясь на жуткие истории о жестокости индейцев Америки, которые тогда рассказывали в Европе. Эта теория «естественного человека» была основана на ложной информации. Как знали антропологи, именно вторжение европейцев привело к возникновению войн между племенами, которые прежде жили в мире, договариваясь об угодьях для охоты и собирательства. Войны как явление возникают вместе с собственностью. В обзоре о племенных войнах читаем: «Возможно, в каждом обществе существуют свои представления о причинах возникновения войн. В западной цивилизации общепринятыми являются идеи Гоббса. …Однако жестокость, отмеченная Гоббсом, не была выражением враждебности “человека природы”, а скорее была обусловлена контактами с гоббсовским Левиафаном — государствами Западной Европы. Рассматривать бойню как нечто, приоткрывающее фундаментальную особенность человеческого существования, — это все равно, что пытаться пройти через зеркало» [368].