III

— Радоваться нечему,— сказал хозяин, изучая содержимое сумки.

Помощник молча стоял перед столом.

— И в каком они у вас виде? — добавил хозяин.— Вот у этой все зубцы оборваны.

— Сетка ведь старая,— ответил помощник.— Если вы хотите, чтобы я приносил вам марки молодые и в приличном состоянии, то оплатите мне покупку нового сачка.

— А кто сетку истрепал,— спросил хозяин,— вы или я?

Помощник не сказал в ответ ни слова. Ныла обожженная рука.

— Отвечайте, кто истрепал сетку? — повторил хозяин.

— Я. Для вас,— ответил помощник.

— Я вас не заставляю,— сказал хозяин.— Хотите получать пятьдесят франков в день — зарабатывайте их.

— Сегодня я уже потратил тридцать франков на билет...

— Какой билет? Я оплачиваю вам дорогу туда и обратно.

— Даете фальшивые билеты.

— Тогда вам нужно быть более внимательным.

— А как я распознаю, фальшивый билет или нет?

— Это совсем не сложно,— ответил хозяин.— Фальшивые билеты делают из гофрированного картона. Настоящие — из дерева.

— Хорошо,— сказал помощник.— Верните мне тридцать франков, которые я уплатил сегодня.

— Нет. Все эти марки — в плохом состоянии.

— Неправда,— возразил помощник.— Я ловил их целых два часа. Сделал прорубь. Все продумал. Если и повреждены, так какие-то две-три марки. Из шестидесяти.

— Мне такие не нужны,— сказал хозяин.— Мне нужна двухцентовая Гвиана 1885 года[42]. Зачем мне ваша занзибарская серия? Вы мне ее вчера принесли.