3 июля 1937 года Мандельштам написал одно из последних известных нам стихотворений:

Интерпретация этого стихотворения, как правило, базируется на биографических сведениях (так, высказывалось странное предположение, что оно обращено к Е. Е. Поповой [Ежова 1998: 44–45]) или на попытке объяснить его, опираясь на советский контекст и реалии того времени, в том числе и газетные [Лекманов 2013: 242–246]. С нашей точки зрения, толкование «Пароходика…» должно прежде всего отталкиваться от языка, а контексты имеет смысл привлекать лишь по необходимости.

Уже первые строки дают возможность двойного прочтения. Фразеологизм с петухами допустимо понимать как в идиоматическом (‘рано утром’), так и в прямом значении. Буквальное прочтение поддерживается второй строкой: «По небу плывет». Наделенная фольклорными коннотациями конструкция с фиксированным ударением пó небу ассоциируется со сказочным началом (ср.: «Туча по небу идет, / Бочка по морю плывет» (Пушкин, «Сказка о царе Салтане»); месяц по небу плывет и т. п.).

Первые две строки, таким образом, могут восприниматься как сказочная картинка, в которой пароходик с (пассажирами-)петухами плывет по небу. Если же считать, что небо в данном случае метафорически заменяет водное пространство (то есть море; ср.: по морю; «Бочка по морю плывет»), то ситуация кажется реалистичной: ранним утром пароходик плывет по воде (при этом фольклорные ассоциации все равно остаются). По-видимому, благодаря последующим строкам читательское сознание настраивается на «реалистический» модус, однако отвергнутое прочтение далее будет конфликтовать с реальным планом (см. ниже о 3‐й строфе).

Подвода с битюгами, которая никуда нейдет, семантически контрастирует с 1‐й – 2‐й строками и задает тему неподвижности и тяжести (слабоидиоматическое словосочетание никуда нейдет подчеркивает, что подвода стоит на месте). Битюги, употребленные здесь не в идиоматическом смысле[98], вновь подталкивают читателя интерпретировать оборот с петухами как буквальный. Обратим также внимание на то, что вытесненная в первых двух строках семантика ‘воды’ фонетически проявляется в слове подвода.