Банальное, но вечное: как мало человеку нужно для счастья! Как относительны условия, при которых наступает ощущение полного счастья! Я вспоминал, как мы с Аделиной мчались по Приморскому шоссе в Ленинграде в ту ночь нашего первого свидания, какое незабываемое чувство гармонии и радости бытия распирало меня тогда. И вот теперь мы трясемся по пыльному Колымскому тракту в кабине Пашиного грузовика, и я вижу — сейчас то же самое происходит с Аделиной… И ничто не может убить в ней это чувство.

Дорога вьется по обширной долине вдоль берегов бурных каменистых рек, взбирается на невысокие перевалы и вновь сбегает вниз. Природа здесь не лишена красоты и даже величавости. Повсюду на горизонте невысокие горы, мягкая волнистая линия сопок разных размеров и цветов. Те, что поближе, — зеленые; те, что подальше, — фиолетовые. В пасмурную погоду это напоминает пейзажи Рокуэлла Кента. Если подняться на сопки по горной дороге, то они походят на предгорья Карпат, только растительность не такая обильная, как на юге, и очень много засохших деревьев, убитых мерзлотой. В солнечную погоду вокруг довольно яркие краски, зеленые луга и болота, поросшие неяркими северными цветами золотистого цвета.

Слева и справа от дороги прииски, поселки золотодобытчиков, стоянки старателей, производственные территории по добыче золота. Бригадой старателей называют здесь группу вольнонаемных золотоискателей, которые добывают золото любым доступным им способом, а затем сдают его государству. Найти золото вне такой бригады, подконтрольной начальству, весьма опасно, ибо за попытку утаивания золота наказание только одно — расстрел. Всё, что создано здесь человеком, выглядит неприглядно, резко контрастирует с чистотой природы. Поселки состоят из убогих грязноватых покосившихся домов. Везде неубранные дворы, масса полуразвалившихся сараев, свалки, остатки досок, угля, ржавого железа… Спрашиваю у Паши: «Почему никто не заботится об элементарной чистоте и порядке в своем доме, дворе?» Он объясняет, что здесь никто не считает себя постоянным жителем. Поэтому на всём окружающем лежит отпечаток временности, непостоянства. Поразительно: золотодобытчики, люди небедные, живут в убогих домишках без «удобств», ходят по нужде на улицу.

Я заметил, что в этих краях нет стариков и почти нет пожилых людей — никто не намерен связывать свою жизнь с этими местами навсегда. Часто говорят, что без молодежи нет перспективы. Теперь я думаю, что земля без стариков тоже обречена на деградацию. Даже если в ней добывают золото. Как-то, не помню, по какому случаю, один классик разъяснил, кто имеет право на землю на этой планете. По его словам, земля, обогреваемая лучами Солнца, принадлежит не народам и государствам, а Богу, а Он сдает ее людям в аренду. И если некий народ не может поддерживать красоту и процветание земли, сданной ему Всевышним в аренду, то он не имеет божественного права на ее владение! Глубокий смысл и справедливость этого утверждения я осознал на берегах великой сибирской реки Колымы.