Дальше начался скромный и сумбурный юбилей. Пироги с чаем, печенье и конфеты заполнили круглый стол в учительской. Маргарита Генриховна не позволяла себе расчувствоваться, но благодарила коллег прилежно и с похвалами.

«Они не должны увидеть, что я мечтаю поскорее закончить банкет».

Она терпеть не могла праздники на работе. Подобное всегда казалось ей кощунством. Она даже не могла есть в местной столовой и еду всегда брала из дома. Не потому что там плохо кормили, но потому что не хотела, чтобы все видели, как она тратит время на обеды.

«Пора, сейчас я скажу…» – думала Маргарита Генриховна, но всякий раз, как она собиралась открыть рот, ее перебивали поздравлениями и пели дифирамбы.

Среди педагогов, случайно зашедших в эту минуту в учительскую, была ее старая знакомая, которая много лет назад работала с ней и теперь вышла на пенсию. Сегодня она специально пришла в школу на день ее рождения.

Маргарита Генриховна рассматривала морщинистое хитрое лицо, которое она знала до черточки, как свое собственное. Сейчас старая подруга поднимет тост и скажет, что ей пора на заслуженный отдых.

Но эта предательница все сделала наоборот: она выдала с ласковой улыбочкой: «Такие, как ты, Маргарита Генриховна, работают на двух генераторах! Вечно молодая, невозможно представить тебя без дела! Ну скажите мне, что бы стало со школой, если бы она ушла? Ну?!»

«Возможно, все бы облегченно выдохнули!» – уныло подумала юбилярша, и на глазах у нее блеснули слезы, которые присутствующие ошибочно приняли за слезы радости.

Роман Штыгин

Роман Штыгин

На лакированном полу зала скрипели кроссовки, словно на корм слетелась стая крякающих уток. Резиновый мяч звенел, отскакивая от паркета, весело взлетал в воздух и снова врезался в пол.

– Ян, пасуй!

Голоса эхом отражались от высоких стен, как будто присутствующие бегали под сводами огромной пещеры.

Штыгин повернулся вокруг своей оси и ловко закинул мяч в корзину:

– Как же так? Я обыгрываю вас одной рукой!

– Так нечестно! – крикнули Болотов и Кочергин в один голос. – Вы опытнее.

– Ну-ну. Меняйтесь полями. Харибдов, ты почему отсиживаешься?

– Я устал…

Смуглый демон сидел на скамейке и смотрел в экран смартфона.

Роман Андреевич ничего больше не сказал и свистнул, чтобы игра продолжилась. Ему больше не хотелось смотреть ни на одного из проклятой тройки. Снова заскрипели кроссовки.