Анатолий Милюков, который после отказа от косыгинских реформ все 1970-е годы доказывал преимущества хозрасчета и продвигал отказ от жестких годовых планов для предприятий в пользу более гибкого пятилетнего планирования, подтверждает первоначальный либеральный импульс Андропова:
Было какое-то большое событие в Болгарии, и на это политическое празднование ездил Андропов, летал с Рыжковым. Когда возвратились они назад, Рыжков приглашает меня к себе и говорит: «Анатолий Илларионович, вот мы летели обратно с Юрием Владимировичем, и он очень недоволен теми экономическими отношениями, которые складываются у нас в хозяйстве. И просил не стесняться делать любые переломы, которые надо. Если, — дальше он сказал фразу, — вы боитесь сделать ошибку, начните с экспериментов». И вот за этой фразой Николай Иванович мне говорит: «Давай начнем с экспериментов»[900].
Было какое-то большое событие в Болгарии, и на это политическое празднование ездил Андропов, летал с Рыжковым. Когда возвратились они назад, Рыжков приглашает меня к себе и говорит: «Анатолий Илларионович, вот мы летели обратно с Юрием Владимировичем, и он очень недоволен теми экономическими отношениями, которые складываются у нас в хозяйстве. И просил не стесняться делать любые переломы, которые надо. Если, — дальше он сказал фразу, — вы боитесь сделать ошибку, начните с экспериментов». И вот за этой фразой Николай Иванович мне говорит: «Давай начнем с экспериментов»[900].
И хотя они далее действительно начали с экспериментов (о чем мы будем говорить в следующих разделах), по мнению Милюкова, они «несколько подзатянули» и время «было упущено», что не дало экономике должным образом развиться до наступления кризиса нефтяных цен, то есть до 1986–1987 годов.
По словам Милюкова, в отделе в 1983 году также оперативно получили информацию о решениях пленума ЦК Компартии Китая о развитии рыночной экономики, однако его собственная пятистраничная записка о необходимости аналогичных мер в ответ на решения китайской компартии осталась без ответа. Вместе с тем Рыжков в своих мемуарах упоминает, что реальная разработка планов вслед за китайским опытом зашла далеко. В частности, Андропов попросил его ознакомиться с возможностью создания совместных предприятий с иностранцами по образцу советских «концессий» 1920-х годов[901]. Собственно, подобные предприятия уже создавались в 1970-е годы, однако вне советской территории. Но довольно обычным делом была, например, произошедшая в 1980 году сдача советских судов в аренду советско-шведскому рыболовному предприятию с условием работы у берегов Канады и получением советской стороной 85 % улова[902].