— Почему я так долго ничего от тебя не слышу? — спросила она.

— Ты что, переживаешь? — шепотом спросил он, хотя его тут все равно никто не понимал. — В этом нет необходимости.

— Не о тебе. О Тирзе.

— Я думаю, она уже уехала из Виндхука. Наверное, поехала к океану или в пустыню. Я поеду поищу ее там.

— Поедешь поищешь? Йорген, это же не игра в прятки. Может, все-таки уже пора пойти в полицию и заявить о том, что пропал человек?

— Я знаю, что это не прятки. Думаешь, я стал бы лететь восемнадцать часов, чтобы поиграть в прятки?

— Я хочу, чтобы ты уже что-то сделал!

— Ты беспокоишься?

— Иби беспокоится. Она звонит Тирзе по два раза в день. Она нервничает и нервирует меня. Я знаю, что это чепуха, но все равно. Ты уже был в полиции?

— В полиции? Это Намибия.

— Я в курсе, но рано или поздно тебе все равно придется пойти в полицию. Или ты хочешь подать заявление в Амстердаме?

— Я потом тебе перезвоню. Все под контролем. Она обязательно появится. Ты же сама сказала, она даст о себе знать. Она просто о нас забыла.

Он захлопнул телефон и убрал его в карман.

Девочка смотрела на него, как обычно, невозмутимо.

— Моя супруга беспокоится, она считает, что нам следует пойти в полицию.

Хофмейстер поднялся и вместе с девочкой пошел к шведскому столу. У буфета ребенок сжал его руку. Она показала пальчиком на круассан. Он положил круассан на тарелку.

— Йогурт? — спросил он. — Йогурт с фруктами?

Когда они вернулись за стол и девочке принесли какао, он сказал:

— Я должен кое-что тебе рассказать, Каиса. Это, в общем-то, даже забавно.

Кофейной ложечкой он попробовал ее йогурт.