У ресепшена он остановился.

— Ну что ж, — сказал он. — Это был прекрасный вечер. Я не знаю, куда тебе нужно, где ты живешь, но я вызову тебе такси.

В Африке ночь издавала столько звуков. Он повсюду слышал насекомых. Жаль, но он совсем не разбирался в них.

Над стойкой ресепшена висела электрическая машинка для экзекуции мух и комаров. Каждый раз, когда муху в ней убивало электрическим разрядом, машинка приветливо гудела.

— Где твой дом? — спросил он. — Он далеко, Каиса?

Она не отпускала его руку. Хотя сейчас настал момент наконец-то ее отпустить. Ему нужно было прилечь. Он хотел спать. Ему нужно было выспаться прежде, чем умереть.

— Ты живешь в Виндхуке?

Она как будто его не слышала. Как и он, она смотрела на электрическую машинку для убийства насекомых.

— Вы хотите компанию, сэр? — спросила она, в этот раз уже не так уверенно, как сначала.

Он еще некоторое время не сводил глаз с машинки над ресепшеном. Потом посмотрел на ребенка.

— Нет, нет, — сказал он. — Но, если ты хочешь, можешь переночевать тут. Если тебе уже поздно идти домой.

Он снял шляпу и вытер лоб. Виндхук был расположен высоко, 1700 метров. По вечерам наступала приятная прохлада, но ему все равно было жарко.

— Ничего страшного, — сказал он, — если ты хочешь остаться переночевать. У меня же двухместный номер. Хотя я не знаю, что тут могут о нас подумать. Но мне кажется, тебе абсолютно все равно, что они тут о нас подумают, да и мне тоже. Я тут чужой. Меня очень долго волновало, что думают обо мне люди, потому что ты — это то, что о тебе думают другие. Но тут, в этой стране? Я же тут просто турист. Чего от меня ожидать?

Взявшись за руки, они пошли к нему в номер.

Он включил свет, повесил на крючок шляпу.

Она села на тот же стул, где сидела до этого.

— Да-да, — сказал он. — Вот мы и пришли.

Он включил свет в ванной комнате.

— У тебя, конечно же, нет с собой зубной щетки? — спросил он. — Нет, у тебя вообще ничего с собой нет. Вот она, молодежь. Отправляются в гости. И ничего с собой не берут. Беспечность. Время придет — всему научитесь. Тирзе я тоже вечно должен был привозить все, что она забывала. Можешь взять мою щетку, я хорошенько ее для тебя вымою.

Он сунул свою зубную щетку под кран и, пока мыл ее, смотрел на девочку.