— Вот и ладно, — сказал он. — Спокойной ночи.

Ее голова лежала на большой белой подушке. Забавная, это слово приходило ему в голову, когда он смотрел на нее.

— Ладно, — сказал он снова, — будем спать. Длинный был день.

Она приподнялась.

— Вы хотите компанию, сэр? — спросила она.

— Перестань, — сказал он шепотом. — Каиса, перестань повторять эту ерунду. Хватит на сегодня. Я что, так выгляжу? Как кто-то, кому нужна компания? Нет, совсем нет. — Он потянулся через нее, чтобы выключить свет. — Я не привык делить постель с чужими людьми, — сказал он. — Так что извини меня заранее, если я буду спать беспокойно. Я последние годы спал один. Пока моя супруга не вернулась. Мне нравилось использовать половину кровати как письменный стол, чтобы складывать бумаги, газеты и книги. Но когда она вернулась, все пришлось убрать. Спокойной ночи.

Он выключил светильник со своей стороны. И пролежал без сна еще минут двадцать. Иногда он задерживал дыхание, чтобы услышать, дышит ли Каиса.

Посреди ночи он вдруг проснулся. Ему приснилась Тирза. Они катались на велосипедах в Бетюве. Его родители были живы. Он встал с кровати, включил свет в ванной и присел на край ванны. Мысли еще расплывались. Он с трудом припомнил, что у него в постели спит ребенок, что он почти неделю провел в Виндхуке. Он попытался вспомнить, когда в последний раз слышал голос Тирзы. Это было, когда он звонил ей и телефон переключился на автоответчик. Он стал говорить с ней, совсем тихо.

— Тирза, — сказал он. — Я в Виндхуке. Необычный город, даже не город, скорее, деревня. Я говорю тихо, потому что я не один.

В половине девятого он проснулся. Каиса уже не спала. Она сидела на кровати и смотрела на него.

— Доброе утро, — сказал он.

Он потер руками лицо и взял с тумбочки часы.

— Уже поздно, — сказал он.

Он не стал принимать душ, а сразу оделся.

— Ты часто остаешься в гостях? — спросил он.

Опять тишина.

— Так ты часто остаешься в гостях ночевать?

— Да, — сказала она.

— Ты, конечно, можешь остаться на завтрак, но потом мне нужно приниматься за дела. Я здесь ради моей дочери. Мы ее потеряли. Знаешь, как я ее называю? Царица солнца.

Он вытащил ее из постели. Ей нечего было надеть, кроме грязного платьица. Осторожно, чтобы не порвать, он снял с нее платье Тирзы.