К каменному трону подползали чёрные, маслянистые на вид черви. Они пахли обречённостью и, казалось, выделяли болезни, как слизь.

Гном вскрикивал от страха и отвращения, но лупасил червей палкой, разбивая их на жирные, разлетающиеся по сторонам брызги.

– Стоять! – повелительно закричал Леонид.

Черви и гном замерли так, словно время для них остановилось.

– Какие у вас способности! – похвалил Леонида ангел. – Редчайший талант.

– Теперь мы можем их спасти? – спросил Росси.

– Мы-то с вами не сможем, а вот он, – ангел с уважением посмотрел на Леонида, – он точно сможет.

Леонид расправил плечи и звучно воскликнул:

– Освобождаю! Спасаю!

Ничего не произошло.

– Нет-нет, так не пойдёт, – покачал головой ангел. – Способности способностями, а в такие приказы нужно вкладывать больше, чем просто звук. Вы должны быть готовы ради них пожертвовать собой.

– Это может быть трудно, ведь мы их даже не знаем, – заметил Росси.

Ангел кивнул.

– Резонно, – сказал он, задумчиво разглядывая гнома. – Я, пожалуй, покажу вам то, что творится в его голове. Вызову у него несколько избранных… воспоминаний.

Завистник

Завистник

Где именно в человеке хранится возможность жить, думать и тосковать?

Помню, как моё тело забрасывали землёй. Если уж я, так себя ненавидящий, не умер, то смерти, наверное, вообще нет.

…

Я принуждён любоваться на Олли, знать о нём всё, видеть, как он здесь, на этом треклятом острове, доживает свою земную жизнь, вспоминает её и творит из воспоминаний какую-то новую реальность. Он досматривает своё кино, а я брожу вокруг него и завидую.