К месту падения первыми прибежали крестьяне расположенной неподалеку немецкой колонии Ново-Саратовки. Их глазам предстала страшная картина: на земле валялась исковерканная корзина, рядом лежали окровавленные тела пассажиров. Меньше всего из участников полета пострадал граф Ростовцев: за несколько секунд до падения он, в поисках спасения, стал карабкаться вверх по веревкам, соединявшим корзину с шаром. Это спасло ему жизнь. Придя в себя после оглушительного удара о землю, Ростовцев увидел, что корзина своей тяжестью придавила Палицыных, а пилот Герман, выброшенный от толчка, лежал в стороне.
Когда корзину подняли, Палицын был уже мертв. Его супруга получила тяжелые переломы. Германа и Палицыну на носилках повезли в больницу фабрики Торнтона. Что касается графа Ростовцева, то он как будто бы в рубашке родился, отделавшись легкими царапинами с ушибами ноги. Как потом определили эксперты, причиной катастрофы стал случайный сдвиг предохранительного клапана воздушного шара. Возможно, он произошел во время починки оболочки, нечаянно порванной рабочими за несколько дней до полета.
Вообще, во всей этой катастрофе современники видели потом немало мистических совпадений и предзнаменований. Ходили слухи, что Палицына отговаривали от полета, напоминая, что воздушный шар «Генерал-лейтенант Ванновский» уже потерпел два крушения. Однако Палицын не поддавался ни какие уговоры, заявляя, что не верит в предсказания.
Гибель Палицына стала страшным ударом для его родителей, которые потеряли двоих сыновей. Дело в том, что их младший сын, корнет Конного полка, погиб в 1907 г. в Ницце нелепой смертью – из-за неосторожного обращения с оружием. Теперь не стало и старшего сына. При катастрофе воздушного шара он погиб почти мгновенно – от удара по голове двухпудового деревянного обруча.
Не помешала даже холера
Не помешала даже холера
Местом рождения русской авиации считается Коломяжский (Удельный) ипподром, располагавшийся недалеко от нынешней станции метро «Пионерская». С 1908 г., когда в столице возник Императорский Всероссийский аэроклуб, Коломяжский ипподром использовался для испытания летательных аппаратов, а в мае 1910 г. здесь состоялась первая в России Авиационная неделя.
Ежедневные отчеты о событиях первой Авиационной недели «Петербургская газета» давала под шапкой «Летающие люди». В соревнованиях на высоту, скорость и время нахождения в воздухе участвовали шесть авиаторов, в том числе швейцарец Эдмонд, бельгиец Христианс, француз Моран. Единственным русским летчиком являлся Николай Евграфович Попов, завоевавший три приза из шести, учрежденных для состязаний.