– Саша? Да, мне правда нужно ему ответить, – поспешно сказала Ирис. – Мой телефон вроде тут, на кровати? Может быть, под подносом?

Альма протянула руку под простыню и посмотрела на дисплей.

– Тебе звонила какая-то «Боль», – сказала она. – Что еще за «Боль»? Прости, что я посмотрела, но это просто притягивает взгляд. С каких пор у боли появился мобильный номер?

У Ирис вырвался вздох. Она могла бы легко сочинить какую-нибудь небылицу, в последнее время она в этом изрядно поднаторела, но ложь возвращается и ставит подножку, и поэтому она призналась, кусая губы:

– Это связано с тем, о чем я тебе рассказывала раньше, с моим первым парнем. Я его случайно встретила в клинике боли несколько недель назад…

Альма внимательно слушала:

– Ты случайно встретила его через тридцать лет? Так вот почему ты видела его во сне! Это и в самом деле похоже на сон.

– Ты права, к реальности это не имеет никакого отношения. – Ирис тщательно подбирала слова. – Это своего рода бегство от реальности.

– А что плохого в бегстве? – спросила Альма.

Мать задумалась, прежде чем ответить:

– Когда ты убегаешь, ты не свободна.

– А как же любовь? – почему-то продолжала настаивать Альма.

Странно, что она так заинтересовалась, странно, что не взяла на этот раз сторону отца.

– Любовь многолика, – ответила Ирис, – иногда она слишком оторвана от жизни. Точно воздушный змей без веревки: ты видишь, что он парит в небе, но не пытаешься его удержать, чтобы не выпустить из рук другие вещи, которые для тебя куда важнее.

– Ой, мамочка, как это грустно! – вздохнула Альма.

– Видала я в жизни вещи погрустнее, – сухо ответила Ирис.

Действительно ли их роман так и закончится, или это заявление предназначено исключительно для дочери? Сейчас не время принимать решения, зато настало время перевязки: пришел Саша и принес бинты. Шевелить пальцами было больно, но все-таки они шевелились, поэтому Ирис снова отказалась ехать в поликлинику.

– Я уверена, что это не переломы, а только ушиб. Мне есть с чем сравнивать, – заверила она Сашу. – Подождем еще денек.

Она с радостью отметила, что он с интересом наблюдает за Альмой, но соблюдает почтительную дистанцию, а дочь держится с непринужденной грацией. Вот она уже предложила ему остатки их завтрака.

– Хотя не думаю, что тебе этого хватит, – хихикнула она.