Реквизиции, возможно, в какой-то степени помогли, но избежать хлебного кризиса не позволили. Возник дефицит муки, в результате чего некоторые пекарни прекратили выпечку хлеба. К тому времени установилась система снабжения хлебом: домовые комитеты получали готовую продукцию в пекарнях и распределяли ее между жителями. В конце декабря продовольственная управа срочно разработала «паллиативные меры», заключавшиеся в перераспределении имевшейся муки между пекарнями и временным прикреплением домовых комитетов к тем пекарням, которые могли производить больше хлеба{710}.
Если этот грабитель позаботился о прикрытии своей деятельности, образно говоря, фиговым листком, то подавляющее большинство его коллег, разумеется, ничем подобным себя не утруждали, опираясь просто на физическую силу, часто подкрепленную оружием.
Если этот грабитель позаботился о прикрытии своей деятельности, образно говоря, фиговым листком, то подавляющее большинство его коллег, разумеется, ничем подобным себя не утруждали, опираясь просто на физическую силу, часто подкрепленную оружием.
В очередной раз почувствовав «свободу», частные лица не замедлили проявить инициативу. 3 (16) ноября в торговых лавках на Александровской площади «реквизицией» товаров занялось некое лицо в солдатской форме, с унтер-офицерскими нашивками на погонах. Это, разумеется, вызвало недовольство торговцев. Проходивший мимо лавок гласный думы Моисей Сурдутович обратил внимание на скандал и потребовал от «реквизитора» удостоверение на право производства реквизиции. Унтер-офицер не смутился и предъявил какую-то безграмотно написанную бумагу с подписью и печатью. Сурдутович усомнился в подлинности документа и предложил «реквизитору» пройти в милицейский участок для выяснения. Это возымело неожиданный эффект. Аферист начал кричать, что «в его лице оскорбляют Центральную Раду», в участок идти отказался, а подозвав проходивший мимо украинский военный патруль, приказал солдатам… арестовать Сурдутовича и доставить того в Раду. И патруль исполнил приказание! «Сам же аферист, – сообщал корреспондент, – захватив из реквизированного товара несколько пар брюк, поспешил скрыться». В Раде вся история выяснилась. Сурдутовича, естественно, освободили{711}. Нашли ли афериста – вопрос, по всей видимости, риторический.
Бандитизм процветал. Особенно сложно было на окраинах, которые хуже охранялись. Ночами там можно было услышать то выстрелы, то звуки гармоники и пьяные песни… 8 (21) ноября около 6 часов вечера на Батыевой улице[32] три бандита попытались ограбить некую Ольгу Надцеву. Бандиты схватили женщину за горло и принялись душить ее и грабить на глазах многочисленных прохожих, которые, однако, предпочли «не замечать», что происходит. Жертву спасли случайно проходившие мимо солдаты. Испугавшись их, грабители бросили полуживую женщину на мостовую и обратились в бегство; одного из них солдаты задержали, жестоко избили и доставили в участок. На Сенном базаре какой-то пьяный открыл бесцельную стрельбу. Естественно, поднялась паника. Расстреляв все патроны, «стрелок» благополучно удалился. На Подольском толкучем рынке неизвестные также открыли стрельбу, а возникшей суматохой поспешили воспользоваться воры – было совершено несколько крупных и мелких краж. Одна из торговок, впрочем, не растерялась и сумела задержать вора, принявшегося было грабить ее рундук, и даже доставить его в участок{712}.