В знак протеста против резолюции российские и украинские эсеры, меньшевики и бундовцы покинули заседание{869} (
Того же 2 (15) декабря Винниченко на заседании Малой Рады заявил: «Винні <…> більшовики, котрі тепер хотять знищити нашу державу. <…> Секретаріат без пролиття крови зумів роззброїти большевицьке військо. <…> Ще раз маю публично і одверто заявити про позиції Генерального Секретаріату. Большевики демагогично, нечесно і безсовісно ведуть свою агітацію». Председатель Совета Солдатских депутатов Григорьев огласил резолюцию этого Совета, которая была практически противоположна большевистской резолюции, принятой двумя днями ранее: разоружение частей в ней признавалось закономерным, так как большевики готовили восстание против Центральной Рады, всеобщая забастовка – объявлялась вредной{871}.
В Киеве большевики достигли очередного словесного успеха: властью в городе они себя объявили, однако никто, кроме них самих, не считал их таковой. Но на очереди был Всеукраинский съезд рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. Здесь «призом» была вся Украина.
Съезд был назначен на 3 (16) декабря{872}, но открытие его задержалось на день. Официальным организатором (рассылавшим, в частности, приглашения на съезд) был Киевский областной исполком Совета рабочих депутатов.
Украинские партии поначалу отказались от участия в съезде, поскольку признавали существующую Центральную Раду законной властью. Сама Центральная Рада ответила отказом на официальное приглашение областного исполкома. Но, видя, что съезд все равно состоится, украинцы прибегли к той же тактике, что и большевики на заседании киевского Совета – но в гораздо большем масштабе и, соответственно, с бóльшим успехом. Они изменили количественный состав участников в свою пользу. Не просто изменили – а обеспечили себе подавляющее преимущество.