34

– И с тех пор каждый раз, когда я возвращалась домой на праздники или на каникулы, Бобби всегда называл меня потерянной сестрой, – вздохнула я. Меня одолевала усталость: я говорила больше двух часов, хотя Амброз помогал заполнять пробелы описаниями закулисных действий отца О’Брайена.

– Должно быть, ужасно потерять маму в таком юном возрасте. – Джек грустно покачал головой.

– Да. Я до сих пор ежедневно думаю о ней, – призналась я. – Я обожала ее.

– Мэгги была поистине замечательной женщиной, – сказал Амброз, и я увидела, что его лицо осунулось и посерело. – Видеть горе твоей семьи и понимать, что я мало чем могу помочь вам…

– Но ты на самом деле помог мне, и я только начинаю узнавать, какой ценной была твоя помощь. Значит, это ты дал мисс Люси «Британскую энциклопедию»? А я-то гадала, откуда все взялось.

– Да, Мэри, и это было сплошное удовольствие для меня. Ты была сильной и жизнерадостной девочкой, а после поступления в дублинскую частную школу, с опытными учителями и ресурсами, помогавшими питать твою любознательность, твое развитие пошло семимильными шагами. Я часто задавался вопросом, не было бы тебе лучше остаться вместе с семьей, в окружении любящих братьев и сестер.

– Амброз, я ничуть не сожалею о том, что поступила в дублинскую школу, – заверила я. – Знаю, мне было всего лишь одиннадцать, но я уже тогда сделала выбор и теперь понимаю, что он был правильным. Если бы я осталась в Западном Корке, то никогда не поступила бы в университет. Скорее всего, я бы вышла замуж за фермера и имела бы столько же детей, сколько моя мама.

Амброз встал и начал собирать посуду.

– Не беспокойся об этом, – сказала я. – Я все вымою перед нашим уходом.

– Мэри, я еще не старая развалина, – отозвался он, но я видела, как задрожала его рука, когда он поднял мой пустой стакан из-под воды. Я выпрямилась и аккуратно взяла стакан из его руки.

– В чем дело, Амброз?

Он грустно улыбнулся:

– Ты хорошо меня знаешь, Мэри. Я… есть аспекты твоего прошлого, которые я должен был обсудить с тобой, когда подарил тебе это кольцо с изумрудами. Тогда казалось, что все можно отложить на завтра, но потом ты пропала на тридцать семь лет. А теперь мы здесь, и я по-прежнему должен объяснить тебе все, что случилось.

– Что ты имеешь в виду?

– Как ты видишь, дорогая, я действительно очень устал. Почему бы вам с Джеком не прийти завтра, и мы сможем поговорить на свежую голову, – предложил он. – Если ты пообещаешь, что вернешься.

– Разумеется, – сказала я и обняла его. Я испытывала вину за то, что много лет назад оставила человека, который фактически был моим вторым отцом.