Отдохнув сполна и набравшись сил, Иван собрался в дальний путь в город Вильну, чтобы устраивать свою судьбу дальше: он хотел оформить все документы, устроиться в пансион и присмотреться к городу, в котором ему предстояло прожить целых четыре года, учась и подрабатывая на пропитание, благо, что за учебу платить не приходилось как дворянину.

Петр Фролович благословил сына на исполнение его планов, дал немного денег в дорогу и обещался, по возможности, иногда оказывать посильную помощь, если Иван будет испытывать денежные затруднения. – Всяко бывает: человек может заболеть или попасть в несчастье, когда не сможет сам содержать себя, вот тогда-то и пригодится отцовская помощь, – напутствовал Петр Фролович своего сына Ивана, прощаясь за воротами у коляски, которой, как всегда, правил сосед.

Дорога в институт получилась у Ивана на перекладных: в коляске до уезда, там попутным извозчиком до Орши, а уже из Орши поездом до Вильны – губернского города Вильненского края. На второй день, к вечеру, Иван добрался наконец до Вильны, снял комнату на ночь в привокзальных номерах и на следующий же день, с утра направился в институт выправлять документы.

ХIV

Учительский институт Иван нашел не сразу. Вначале прохожие направили его в институт, который оказался еврейским и, лишь, потом Иван отыскал христианский институт, который располагался в отдалении от центра города в небольшом двухэтажном здании. Ивана принял дежурный учитель, что оставался вместо директора, уехавшего по делам в Петербург.

Документы Ивана оказались в полном порядке и их подшили в дело. Особую роль сыграли рекомендательное письмо уездного смотрителя училищ и грамота дворянского рода. Иван без проволочек был зачислен в институт с объявлением о начале занятий через три недели, и направился к коменданту на поселение в пансион при институте, который находился в двух кварталах пешего хода от институтского здания, куда Иван и направился тотчас решать вопрос о своем проживании.

– Эх, знать бы заранее, что всё так быстро решится, оставался бы у отца еще две недели, а теперь придется жить здесь и тратить свои сбережения на проживание и еду, – корил себя Иван, направляясь к пансиону.

В пансионе Ивану предложили места на выбор: комнаты на одного, двух и трех студентов. По своему достатку Иван выбрал комнату для двоих: на одного дорого, а на трех тесновато, наверное, да и ужиться разным людям втроем гораздо сложнее, чем подобрать напарника по характеру.

Комнатка оказалась небольшой: в ней стояли две железные кровати с тумбочками, стол для занятий и еды с двумя стульями и платяной шкаф.