Форт часто посещали гости, в фондах музея Института экспериментальной медицины хранится немало фотографий, изображающих гостей и гостеприимных хозяев.

Журналист Эйзен, побывавший на форту, писал: «В незаразном отделении устроен целый зверинец – все это животные, служащие для опытов прививки чумы и других болезней: обезьяны, кролики, морские свинки, крысы, мыши, сурки (сибирские тарбаганы), в которых предполагают переносчиков чумной заразы в Сибири, суслики (овражки), очень восприимчивые к чумной заразе и, ввиду быстроты передвижения, могущие быть опасными распространителями чумы… Наряду с этим мелким „лабораторным материалом“ я увидел тут же в особых помещениях целое стадо северных оленей и несколько верблюдов… Но все это пока материал второстепенный: главное место отведено лошади. Кровь лошади, переработавшая в себе чумной яд, дает нам спасительное средство от чумы. В конюшнях лаборатории, при моем посещении, находилось 16 лошадей; из них были такие, которые уже в течение 3-х лет вырабатывают противочумную сыворотку. Часть небольшого внутреннего дворика занимал манеж для лошадей».

В 9 часов утра персонал выходил в лабораторию, а в полдень по свистку работы прекращались – наступало время обедать. С 15 часов работа возобновлялась и продолжалась до 18 часов. Работали в прорезиненных плащах поверх халатов, в таких же штанах, в резиновых ботах. В качестве дезинфицирующего средства употреблялась сулема как при обтирании ног о пропитанные ею коврики, так и для опрыскивания прорезиненной одежды. В прихожей стояла кадка с сулемой, в нее перед уходом погружали для дезинфекции резиновые боты. В 8 часов вечера массивные ворота форта запирались на ключ. На Эйзена условия работы на форту произвели сильнейшее впечатление: «Серая суровая крепость из гранитных плит, о которые ударяются волны. Маленькая площадка – пристань. Мы были очень радушно встречены заведующим Чумным фортом-лабораторией – В. Выжникевичем. Это был красивый, элегантный высокий брюнет лет 35–40. Предводимые Выжникевичем, мы обошли все помещения лаборатории, где практиканты производили особое впечатление в своих желтой полупрозрачной клеенки халатах, с таким же колпаком на голове и в огромных галошах-кораблях такого же цвета. Особенно А.Н. Червенцов в таком одеянии представлял какое-то могучее морское страшилище. Жутко, сказать по правде, было смотреть на зараженных чумою крыс, кроликов и свинок. Чувствовалось, что ходишь около смерти. Осмотрели и все животники, конюшни, кремационную печь для сжигания трупов животных. В заключение обхода Выжникевич обратил наше внимание на шикарный металлический гроб и объяснил, что это на случай смерти от чумы кого-либо».