Страшной силы взрыв (самый сильный из всех бывших). В рубке выбиты все стекла (ходовой). Виден большой столб сильного дыма. Выбиты стекла в флагманском помещении.
01 час 25 мин.
Новая вспышка Огонь. Разгорается, огонь все усиливается в центральной части.
01 час 27,5 мин. Огонь увеличивается. Идут клубы дыма.
01 час 29 мин. Огонь затухает.
01 час 32 мин. Огонь быстро затухает. Виден только слабый отблеск.
01 час 32,5 мин. Огонь прекратился. В средней части видны клубы дыма.
01 час 35 мин. Виден слабый отблеск в окнах.
ВАХТЕННЫЙ НАЧАЛЬНИК СЕМЕНОВ»[470].
А теперь предоставим слово участникам и очевидцам этой драмы. Участники – это: трюмный старшина Г.Г. Путилин (19 лет), трюмные ученики М.С. Пронин, А.А. Сизов, Г. Н. Колеров, К.Н. Лыжов, А.А. Иванов, П.И. Логинов, М.А. Писарев (всем по 22 года) и котельный механик Р.Г. Борисов 23 лет, согласившийся быть «за старшего». Несомненно, участником, а не очевидцем, надо считать и В.А. Добровольского, старшего помощника командира линкора «Парижская коммуна». Их показания собраны в том же архивном деле, что и вахтенный журнал «Авроры».
Из рапорта В.А. Добровольского:
«В 7 или 8 вечера, проходя по верхней палубе ко мне подошел трюмный старшина Путилин, который просил разрешения на шлюпку для катания. Я ему ответил, что сейчас шлюпок свободных нет и добавил, кто поедет. – Он мне ответил, что они сами хорошо управляются. – Но я ему сказал, что без комсостава не разрешаю, попросите кого-либо из комсостава, тогда можете ехать. Потом уже он приходит и доложил, что котельный механик Борисов соглашается с ними ехать, тогда я дал разрешение. Куда они думали ехать, для меня было неизвестно, т. к. они мне не сказали, а я не спросил»[471].
Из показаний М.С. Пронина:
«Часов около 8-ми мы в числе 9 человек посадились в шлюпку и взяли курс на Кронштадт и приставши к стенке выпустили с нами ехавшего какого [-то] в/мора посыльного, последний был взят по приказанию вахтенного начальника на л/к „Паркоммуна“ […] отсюда пошли к Кроншлоту к каковому подошли с южной стороны и высадились. Где купались в/м Иванов и Сизов. Далее пошли на Павел.
Мы, как не видели мин, заинтересовались, стали рассматривать, причем у тех мин каковые мы смотрели горловины были открытые, а в середине пустые пространства, мы думали, что мины разоружены. Специалистов же из среды нас ни кого не было, механик Борисов о минах нам ничего не объяснил».