– А звонки у нас все-таки не действуют, – с иронией напомнила ему хозяйка квартиры.

– Позвонят в день моей смерти, – без всякой улыбки снова уверил поручик.

На другой день он уехал на охоту, а вечером его привезли с тяжелой раной. Говорили, что он сам случайно себя подстрелил во время охоты. А через несколько дней поручик скончался в одном из петербургских госпиталей. В тот день А-вы сидели дома со знакомыми и беседовали о бедном поручике. Вдруг по дому раздалась трель электрического телефонного звонка.

– Барыня, вас к телефону просят из госпиталя, – доложил появившийся швейцар, – передавали, что сейчас скончался поручик.

Удивительным образом время смерти поручика и звона совпало. Но еще более необъяснимым было то, что специалист, осматривавший потом дверные и телефонные звонки, заявил, что устройства в полном порядке. Тем не менее мистика продолжалась: после похорон поручика звонки действовали исправно, но за трое суток до сорокового дня перестали работать, а в сороковой день опять затрезвонили сами собой. Мистика, да и только.

Ворожея с Большого проспекта

Ворожея с Большого проспекта

О популярности всевозможных колдунов и магов среди петербургской публики сказано уже немало. К сожалению, мошенникам нередко удавалось обманывать доверчивых горожан. Летом 1913 года за свой «гадательный промысел» в Дом предварительного заключения угодила некая крестьянка, жительница Петербургской стороны, Мария Семеновна Алексеева.

Ходили слухи, что она водится с нечистой силой. Гадалка редко показывалась на улицу, а когда выходила, то сразу же привлекала внимание своим странным костюмом. Те, кому приходилось побывать у нее на квартире, говорили о таинственной черной комнате с пылающим таганом, человеческим скелетом и двумя страшными совами. Многие уверяли, что будто бы видели по ночам, как из открытых окон квартиры гадалки в доме на Большом проспекте Петербургской стороны вылетали тени и злые духи с черными крылами.

Сама Алексеева смеялась над этими слухами, но не отрицала, что знает тайны загробного мира, может вызывать тени умерших и злых духов. В ее квартиру охотно шли нарядные барыни и состоятельные господа.

Особенно «славилась» эта гадалка умением «привораживать людей друг к другу». Она уверяла своих клиентов, что это делают ее знакомые «духи», которые очень любят дорогое шелковое белье и шелковые платья. Эти вещи, как объясняла колдунья, надо носить на одно из кладбищ. Там следовало разрыть могилу истлевшего колдуна, знакомого ее матери, именно она и передала дочери дар колдовства. На могилу надо положить одежду, затем «духи» прилетят, наденут вещи, а потом вернут их с заклинаниями, которые сделают платье или белье талисманами. При этом колдунья требовала от своих клиентов денег на расходы – «чаевые» для кладбищенских сторожей, которые иначе якобы не пускали ее на кладбище.