Однако петербургская история знает примеры не только «проклятых мест», но и отдельных «плохих домов». Историк Наум Синдаловский говорит, что на рубеже XIX–XX веков в Петербурге было не менее двадцати домов, где происходили загадочные явления. Один из домов на «Песках» был известен у местных жителей как «клуб самоубийц» – по ночам из его окон будто бы доносились стоны и похоронная музыка. Существовал в Петербурге «Чертов дом», несколько жильцов которого одновременно покончили жизнь самоубийством.

Почти полтора века едва ли не главным «проклятым местом» Петербурга была Сенная площадь с ее средоточием ночлежек, питейных домов и сомнительных увеселительных заведений. Ее называли «чрево Петербурга», по аналогии с парижским «чревом».

Ночлежные дома князя Вяземского в районе Сенного рынка называли «Вяземской лаврой». В самом названии звучала горькая ирония-насмешка: лаврой были мужские монастыри высшего ранга, а здесь, напротив, порядки были вовсе не монастырские. Многочисленные авторы «бытовых» очерков о Петербурге XIX века, воочию видевшие ужасающий быт «Вяземской лавры», описывали ее в мельчайших подробностях – и торговлю провизией, «добытой из выгребных ям», и площадку во дворе, где тряпичники и «крючочники» разбирают для продажи «всякую дрянь».

По соседству с «Вяземской лаврой» был известный питерской бедноте «Полторацкий дом», первый этаж которого занимал кабак, а второй и третий – ночлежка. Впрочем, вся Сенная площадь была гигантской клоакой.

«Состав населения ночлежных домов формируется из самых разнообразных элементов столичных обывателей, – замечала одна из газет. – Большинство – публика, промышляющая либо профессиональным нищенством, или мелкие карманные воришки. Почти все поголовно – алкоголики».

Несмотря на постройку на Сенной в конце XIX века современных железных корпусов рынка, репутация площади не изменилась. «Нищие бродят на Сенном рынке целыми толпами: старики, женщины и дети, – писал журналист Анатолий Бахтиаров. – Им подают натурой». В домах, прилегавших к Сенной, процветали притоны, игорные дома, проституция, шулерство, скупка краденого.

По аналогии с «Вяземской лаврой», трущобный район возле Ново-Александровского рынка по обе стороны Малкова переулка (ныне переулок Бойцова), который проходит от Садовой улицы до Фонтанки, назывался «Пироговской лаврой». На этом рынке продавали в основном подержанные вещи – обувь, одежду, офицерское обмундирование, иконы, церковные принадлежности, ковры, меха, хрусталь и многое другое. Особенно много было букинистических лавок, перед ними хозяева в качестве опознавательного знака клали связки старых книг.